У местных животных инстинкт самосохранения хоть и практически отсутствует, но какие-то остаточные зачатки все же есть. И я думаю, именно благодаря ему, мы до сих пор тут никого не встретили. Ведь слишком много тварей из инферно было тут для простого прорыва.
И меня это тоже очень сильно беспокоило.
Когда мы ехали сюда к пещере, Некая рассказала мне, что в настолько редких случаях, что о них складываются легенды и они передаются из уст в уста, в прорыве максимум может участвовать до тридцати-сорока тварей.
И они всегда одного или примерно одного вида. И то если эти твари ведут стайный образ жизни. Но чаще в прорыве попадаются только одиночные монстры, реже в провал или портал проникает по две-три особи.
Прорыв, когда на их домен напала целая стая, был зафиксирован, как сказала девушка, лишь однажды за всю его историю. И тогда, а это было еще при их далеком предке, домен чуть не стерли с лица земли. Отстоять его удалось очень большой кровью.
Правда, то, что не доделали монстры из инферно, закончили их добрые соседи.
Но факт остается фактом, тогда сил целого домена, а в борьбе с прорывом участвовали все, едва хватило на то, чтобы остановить его.
– И чем ты один сможешь помочь им? – тихо спросила едущая рядом со мной девушка.
Она все еще не верила мне, хотя уже должна была убедиться, что мои обещания имеют очень плохое для многих свойство – сбываться.
– Тем, – так же тихо ответил я, – что…
И я задумался.
Наверное, я сделаю для них главное.
– …что не дам им погибнуть. Там есть те, кто мне особенно дорог. И за них я порву любого. Пусть это будут даже твари из иных планов реальности.
И я поехал вперед.
Где-то тут была пещера. И нужно было не пропустить вход в нее.
Пока моя спина не скрылась за поворотом очередного булыжника, я чувствовал на себе какой-то очень уж пронзительный взгляд девушки.
«Что ее так удивило в моих словах?» – задумался я. Но практически сразу забыл об этом, так как мы прибыли на место.
И начали обустраиваться в пещере.
Подготовили место для Элаи и перенесли ее. Туда же я перенес запасы продовольствия и еды.
– Зачем? – удивилась демоница.
– Я могу не вернуться, – спокойно пожав плечами, ответил я.
Смерть уже давно меня не особо страшила. Наверное, еще с тех пор, как я открыл глаза и первый раз взглянул ими на заснеженный и холодный мир. Но и на встречу с нею я особо не стремился. А потому я предпочитал трепыхаться до последнего.
