Девочка набычилась, но все-таки сказала:
– Ну, он сказал, что-то типа «если тебе нужно, то забирай все».
– Дура, – вспылила вторая, – он сказал, что ты ему за это ничего не должна?
– Э-э… – и девочка задумалась, – нет. Ничего такого он точно не говорил.
– Но ты уже приняла жертву, – медленно констатировала эта самая Урака, поглядев на жертвенник.
– Ну, да… – видимо, и сама девочка не понимала, к чему та клонит.
Эта кошка посмотрела ей прямо в глаза.
– Он не такой уж и любитель, если смог сделать своим должником тебя…
И она повернулась в мою сторону.
– Примите наши извинения, магистр, мы приняли вас за любителя. Но вы смогли вынудить нас принять на себя обязательство выполнения одного вашего любого желания, – она немного помолчала и продолжила: – Мы ценим тех, кто смог подняться с нами хотя бы в этом на один уровень.
И кошка слегка склонила свою голову.
«Хм. Они приняли меня за какого-то магистра, – подумал я, – хотя на самом деле я этот любитель и есть. Но не говорить же им об этом».
Но вот кто эти самые они?
Жертвоприношения приносят богам.
Но вот я никогда не слышал, чтобы они сами приходили на вызов. Или приходят?
Ведь девчонка права. Обычно жертву кому-то посвящают, но я-то ее принес в пустоту.
Неужели и у них такая сильная конкуренция.
Но тогда передо мною сейчас стоят две темные богини.
И что мне делать. Да лучше молчать.
Похоже, они и сами решат этот вопрос без меня.
Между тем девочка расширившимися глазами посмотрела на вторую, ту что похожа на кошку. Ее аура также была переполнена тьмой.
Ну конечно, а кого еще могло привлечь темное жертвоприношение.
Не ангелов же?
– Урака, ты что делаешь?
– Спасаю твою честь, дура, – только и прорычала та в ответ сквозь зубы, – с тобою мы дома поговорим.
А потом вновь развернулась ко мне.
Я также склонил голову в ответном приветствии.
Не знаю, может проявление уважения будет понято ею верно и правильно?
– Простите. Но мы не можем принять ваши условия. Эта дуреха – дочь очень могущественного Высшего. И поэтому такой договор с кем-то из смертных очень сильно ударит по репутации ее семьи.
И хоть она уже приняла жертву, но не могли бы вы согласиться на какой-либо обмен?
И эта богиня посмотрела на меня.
Я же был в замешательстве."
"Нельзя выдавать своего невежества, если я попрошу какую-нибудь глупость, то не проживу и нескольких мгновений, они меня сразу раздавят.
Как быть? Да просто. Спросить.
– Что вы можете мне предложить? – обратился я к кошке.
Она задумалась.
