Рекомендую соглашаться, мы (он нажал на слово «мы») всё равно там ничего не дадим построить.
Потом ещё не раз Саша вспоминал этот эффектный момент. И наглое предложение Богатых, и свой достойный ответ. Ну как ответ… Саша когда-то слышал, что где-то в ООН люди встают и выходят из зала в знак протеста. Получается очень зрелищно и дипломатично. Он молча оттолкнулся ногами от пола, откатился на роликовом кресле из-за стола, встал и вышел. Очень молча, очень сильно, очень стильно. Ещё бы не замешкался со стеклянной дверью – она, зараза, непонятно, от себя или наоборот… Но, вообще, да, очень красиво ушёл.
Заискивающая беготня с этим участком, как с писаной торбой, так опротивела гордому духу Саши Попова, что он решил даже пойти наперекор шефу, даже втирать ему очки, чем дальше заниматься ерундой. Наверх было доложено, что участок никому не нужен, что значимость его преувеличена, а цена завышена. Но не тут-то было. Шеф как с цепи сорвался. Хочешь, я завтра сам найду покупателя за полчаса? Не хочешь? Тогда работай! Повелел продавать за пятнадцать.
Сегодня же, срочно.
Саша без особого энтузиазма освежил объявления в сети. Был новый всплеск желающих, несколько человек просилось посмотреть. Шеф с ликующим высокомерием, которое не очень сочеталось с местом его пребывания, велел снова поднять ценник до двадцати миллионов. Всем желающим полагалось говорить, мол, нам не к спеху, хотите – берите за двадцать, а то за девятнадцать у нас с руками отрывают. На волне этого успеха Саша поставил на крышу своей машины светящиеся шашечки, потому что комиссии за ответственное хранение шефского миллиона на жизнь не хватало.
Через месяц шеф скомандовал:
– Позвони прямо сейчас Богатых, предлагай участок за десять лямов, последнее слово.
Саша набрался смелости и в следующий сеанс связи солгал, что Богатых просто не берёт трубку.
– Ладно, не бегай за ним. Сам не звони пока больше.
Так прошло ещё несколько месяцев. Шеф давно не звонил и не приставал. Саша свернул свою зависимость от чужого миллиона.
Успел побыть таксистом, стал понемногу возвращаться к металлическому бизнесу, восстановил старые связи и подходил к зиме с кое-каким портфелем заказов. Придумал делать из бесполезных обрезков нехитрые финтифлюшки. Приваришь такие по уголкам двери – и невзыскательному покупателю уже кажется, что она стоит на тысячу рублей дороже. Красота же. Это ноу-хау позволило Саше занять на рынке нишу элитных дверей по эконом-цене. Не густо, но для кризиса не так уж и плохо.
