Да, не проходит и дня, чтобы Филипп к чему-нибудь не придрался, но по священным показателям «срок, объем, бюджет» всё примерно около дела. Саша успокаивал себя народными мудростями: «Цыплят по осени считают», «Не разбив яиц, омлета не сделаешь», «С паршивой овцы хоть шерсти клок».
Кроме того, Саша надеялся, что со смертью шефа в конторе станет легче дышать.
– Конечно, о покойниках хорошо или ничего, но… ты же понимаешь, что Игорь Владимирович был очень тяжёлым человеком… – говорил Ямов, и Саша соглашался.
Шеф и безупречного сотрудника Сашу держал на постоянных нервах, что уж говорить о Ямове, на котором долгов на миллионы.
Одна голова хорошо, а три лучше. Саша решил спросить совета у неравнодушных и преданных людей. Филипп сказал, что давно пора и что так и должно быть по учебнику. Человек, облечённый полномочиями (то есть Ямов), должен нести персональную ответственность вплоть до уголовной. Таня сказала, что, возможно, это заставит Автонома Викториновича работать осмысленно и на совесть.
И все трое сошлись во мнении, что дешевле и проще завершить стройку в команде с Ямовым, чем вышвырнуть его за дверь. А уж втроём-то они сумеют его проконтролировать.
«Может, так оно будет и лучше», – подумал Саша, и это была его самая большая ошибка, но он об этом ещё не знал.
Саша поступил как настоящий капиталист. Все рычаги оставил у себя, а всю ответственность спихнул на Ямова. Теперь Ямов, если и задумает какую-нибудь гадость, будет отвечать не только перед Сашей, но и перед уголовным кодексом.
И, как ранее судимый, рискует сесть очень надолго. Попов с удовольствием возложил на Ямова, а тот с таким же удовольствием взвалил на себя всё, что можно было придумать. Одной только бумаги извели страниц пятьсот. Всё серьёзно. Саша проследил, какой ручкой Ямов подписывал документы, чтобы тот не использовал симпатических чернил.
Как ограничили Ямову возможность чего-нибудь учудить? Внесли изменения в устав. Никаких сделок и платежей крупнее пяти тысяч рублей без согласования с учредителем, то есть с Поповым.
Автоном Викторинович покорно принял и это.
Стерилизованный Ямов вёл себя и вверенный объект безупречно. Кровлю закрыли точно по графику, и на старт встали бригады для внутренних работ. Денно и нощно процесс контролировали и Филипп, и Саша, и Таня.
– Исправляется наш Бармалей, – мягко заметил строгий обычно Филипп, – хочется придраться, а не к чему.
– Вот ведь как.
