А машина нам завтра понадобится, ведь Антону нужно отвезти меня домой.
Прогоняю эту мысль. Я не хочу домой… я хочу остаться с ним. Но в воскресенье он уезжает и вернется только к концу недели. Я как жена моряка, ей-богу.
Кладу руку на огромный бугор в районе ширинки Наумова и мурлычу:
– Хочу автограф…
Он смеется и ослабляет запах на моём платье, чтобы просунуть внутрь свою ладонь. Закусываю губу, потому что он отодвигает край кружевного лифчика и обводит большим пальцем сосок. Впиваюсь рукой в его плечо и шепчу:
– Не надо…
Это слишком сильно.
Я никогда не занималась сексом при свидетелях и не хочу начинать. Он обалдел бы от того, какая я сейчас мокрая. Дергаюсь и утыкаюсь лбом в его щеку, потому что он и не думает останавливаться, поэтому начинаю целовать его шею и прикусываю мочку уха. Знаю – он от этого заводится.
Бес вдруг оставляет в покое мою грудь и просовывает руку под платье!"
"Хорошо, что в машине темно и зеркало заднего вида смотрит в потолок. Вадик предусмотрителен, как всегда.
– Антон… – пытаюсь урезонить его, но он уже просунул ее под мои колготки и трусики.
– М-м-м… – выдыхаю ему в ухо, когда добивается того, чего хотел.
– Твою мать! – как шальной выпаливает Бес, обнаружив то, о чем я предупреждала выше. – Алёнушка, бл*ть…
Я лишь поскуливаю ему в шею, сжимая бедра. Я уже забыла, где нахожусь.
– Сейчас, потерпи… – бормочет Антон, продолжая мягко работать пальцами, шумно втянув воздух.
– Хочу тебя, Наумов… – шепчу ему, вжимая бедра в его пах.
Я, разумеется, не слежу за дорогой, для этого у меня есть Антон.
– Тормозни за красной тачкой и иди погуляй, – говорит он нашему водителю.
– Ну, блин! – возмущается Вадик. – У меня, вообще-то, планы есть!
– Свали! – велит ему хозяин, теряя терпение.
Вадик паркуется, чертыхаясь, и глушит машину, после чего покидает салон, громко хлопнув дверью.
– Не надо было… – выдыхаю я, запрокинув голову, потому что теперь Антон пустил в ход свои пальцы по-настоящему. – Он уволится…
– Снимай колготки, – велит Наумов в ответ, а сам начинает расстегивать ремень на брюках.
Я подчиняюсь беспрекословно. Скидываю ботинки и избавляюсь от колготок.
– Трусы оставь… – командует мой извращенец.
Я уже готова, а он вскрывает упаковку с презервативом.
– Я сама! – пищу и вырываю у него пакетик.
Антон успел сбросить толстовку, и его сногсшибательный торс весь как на ладони. Он откидывается назад и наблюдает за мной из-под полуопущенных век.
