В тот же вечер Брут явился к матери и сообщил, что хочет жениться на Юлии, когда она вырастет.
Сервилия с удивлением посмотрела на сына:
– Дорогой мой Брут, ведь она же еще ребенок! Тебе придется ждать ее лет девять-десять.
– Ее могут с кем-нибудь обручить задолго до того, как она достигнет брачного возраста! – с болью воскликнул юный Брут. – Пожалуйста, мама, как только ее отец вернется, попроси для меня ее руки!
– Но ведь ты можешь и передумать.
– Никогда, никогда!
– У нее совсем небольшое приданое.
– Зато ее происхождение должно тебя устраивать!
– Да, это верно.
Взгляд черных глаз, который умел быть таким жестким, с нежностью остановился на сыне. Сервилия оценила силу последнего аргумента. Она немного подумала и кивнула:
– Очень хорошо, Брут. Когда ее отец в следующий раз окажется в Риме, я попрошу руки Юлии. Тебе не обязательно жениться на богатой, но весьма существенно, чтобы происхождение твоей супруги было не ниже твоего. А Юлия из рода Юлиев – идеальный вариант. Особенно эта Юлия.
Патрицианка с обеих сторон.
И они решили ждать, когда отец Юлии вернется по окончании службы. Сейчас он был квестором в Дальней Испании. Квестор – самая младшая из обязательных магистратур. Сервилия знала, что отец Юлии отлично выполняет свои обязанности. Странно, что она никогда не встречалась с ним, особенно если учесть, что истинных аристократов в Риме не так-то много. Конечно, Сервилия была аристократкой, и отец Юлии – тоже. Но среди женщин ходил слух, что в своем кругу Цезарь остается чужим.
Он всегда слишком занят и не принимает участия в светских развлечениях, в отличие от большинства аристократов, приезжающих в Рим. Если бы они уже были знакомы с Цезарем, Сервилии было бы куда проще просить у него руки дочери для своего сына. Впрочем, Сервилия не сомневалась в согласии. Брут – идеальный жених, даже в глазах представителя рода Юлиев.
Конечно, гостиная Аврелии не могла сравниться с атрием на Палатине, но все же она была достаточно просторной и вмещала с дюжину женщин.
Окна с открытыми ставнями выходили в чудесный сад, выращенный стараниями Гая Матия – старого жильца Аврелии, занимавшего другую квартиру первого этажа. Он разыскал розы, которые цвели в тени, и уговорил жильцов посадить виноград, который поднимался на высоту двенадцатого этажа, цепляясь за стены и балконы. Матий подстриг кусты, придав им форму шаров, и придумал хитрое приспособление для подачи воды в небольшой мраморный бассейн.
