Четыре тысячи талантов осели в банке Бальба в Гадесе, Помпей и Красс получили каждый по тысяче, и Бальб вместе с Титом Лабиеном поспешил на север, в Италийскую Галлию, чтобы начать работу. Бальб будет поставлять оружие и доспехи (где возможно, от лица Луция Пизона и Марка Красса), а Лабиен начал набирать третий легион для Италийской Галлии.
Нацелившись на войну на северо-востоке и в бассейне Данубия, Цезарь относился к Заальпийской Галлии как к помехе. Он не стал отзывать Помптина, хотя презирал этого человека, предпочитавшего улаживать конфликты в бассейне реки Родан дипломатическим путем.
Вождь Ариовист из племени германских свевов был новой силой в Дальней Галлии. Теперь он контролировал все пространство между озером Леман и берегом реки Рен, которая отделяла Дальнюю Галлию от Германии. Сначала секваны пригласили Ариовиста на свою территорию, обещая, что он получит треть их земли. Но свевы переходили реку такими массами, что Ариовист вскоре потребовал две трети земли секванов.
Волнение охватило и племя эдуев, которые уже много лет имели статус друга и союзника римского народа. Затем гельветы, ветвь большого племени тигуринов, стали покидать свои горные цитадели в поисках более легких условий жизни в плодородных равнинах Галлии.
Угроза войны заставила Помптина организовать более-менее постоянный лагерь недалеко от озера Леман, где он стал со своим легионом в ожидании развития событий.
Цезарь безошибочно определил, что Ариовист – ключ к проблеме, поэтому от имени сената он начал переговоры с представителями германского вождя с целью заключить договор, по которому за Римом оставались все его владения.
Цезарю требовалось сдерживать Ариовиста и успокоить многочисленные галльские племена, которых провоцировало вторжение германцев. Делая это, он нарушал договоры, которые Рим заключил с эдуями. Однако это его ничуть не беспокоило. Важнее было установить статус-кво, наименее рискованный для Рима.
Результатом явился сенаторский декрет, называющий Ариовиста другом и союзником римского народа. Все это сопровождалось богатыми дарами лично от Цезаря вождю свевов, что также возымело желаемый эффект. Получив подтверждение своего настоящего положения, Ариовист мог вздохнуть с облегчением. Его галльские поселения – факт, признанный сенатом Рима.
Добиться титула друга и союзника для египетского царя и германского вождя Цезарю было нетрудно.
