Более десяти лет в Италийской Галлии не было приличного наместника. В результате далматы, либурны, япиги и прочие племена Иллирии превратили восточную Италийскую Галлию в очень опасное место для римлян. Не говоря уже о том, что управление Италийской Галлией – это позор. Выездные сессии суда не проводятся вовремя, если они вообще когда-либо проводятся, а колонии с латинскими правами по ту сторону Пада гибнут. Я прошу вас дать Гаю Цезарю провинцию Италийская Галлия вместе с Иллирией и подтвердить это законом! – крикнул Ватиний.
Его больные ноги были скрыты тогой, а лицо так покраснело, что шишка на лбу стала незаметной. – Еще я прошу утвердить Гая Цезаря проконсулом в Италийской Галлии и Иллирии на пять лет, до марта месяца! И прошу лишить сенат всяких полномочий изменять распоряжения этого собрания! Сенат потерял свое право раздавать проконсульские провинции, не найдя для такого человека, как Гай Цезарь, лучшей работы, нежели прокладывать маршруты для перегона скота по Италии! Пусть звездочет регистрирует кучи навоза, если ему охота.
Но Гай Цезарь заслуживает лучшей перспективы.
Плебс принялся обсуждать законопроект Ватиния, contio за contio. Помпей говорил в его пользу, Красс говорил в его пользу, Луций Котта говорил в его пользу. Луций Пизон тоже высказывался за законопроект.
– Мне не удается убедить ни одного из наших трусливых трибунов наложить вето, – сказал Катон Бибулу, трясясь от гнева. – Поверишь ли, даже Метелл Сципион отказался! Они все отвечают, что им жить не надоело! «Жить не надоело»! О, если бы я все еще был плебейским трибуном! Я бы им показал!
– И был бы мертв, Марк.
Не знаю почему, но народ хочет этого. Наверное, они поставили на него по-крупному. Помпей уже показал всем и каждому, кем является. Цезарь – это риск, «темная лошадка». Всадники считают, что он удачлив. Суеверная толпа!
– Самое скверное – то, что ты настаиваешь на необходимости проложить эти маршруты. Ватиний не забыл обратить внимание на то, что кто-то из вас двоих должен выполнить эту столь нужную работу.
– И я выполню ее! – надменно воскликнул Бибул.
– Мы как-то должны его остановить! У Веттия есть успехи?
Бибул вздохнул:
– Не такие большие, как я надеялся. Если бы ты получше соображал, Катон! Но ты – плохой интриган. Идея была хороша, однако Веттий – не самый лучший исполнитель.
– Завтра я поговорю с ним.
– Нет, не надо! – забеспокоился Бибул. – Оставь его мне!
– Помпей намерен выступать в сенате.
