Я не против того, чтобы ты помог ему с законами о сборщиках налогов и взятках, направленными против всадников. Но сейчас намного важнее получить землю для моих солдат и ратифицировать договоры на Востоке.
– Согласен, – спокойно ответил Цезарь. – Отправь Флавия к плебеям, Магн. Это способ втереть очки некоторым.
В этот момент прибыли Бальб и Бургунд. Помпей радостно приветствовал гадитанского банкира, а Цезарь обратил внимание на крайне усталый вид Бургунда. Его мать сказала бы, что Цезарь жестоко обошелся с таким пожилым человеком, как Бургунд, заставляя его грести по двенадцать часов в течение двенадцати дней.
– Я ухожу, – объявил Помпей.
Цезарь проводил Великого Человека до выхода из гостиницы:"
"– Веди себя тихо. Пусть все думают, что ты борешься сам, без чьей-либо помощи.
– Крассу не понравится, что ты послал за мной.
– Может быть, он и не узнает. Он был в сенате?
– Нет, – усмехнулся Помпей. – Он говорит, что это слишком вредно для его здоровья. Когда он слушает Катона, у него начинает болеть голова.
Когда сенат собрался через час после рассвета в четвертый день июня, Марк Красс попросил слова. Луций Афраний милостиво позволил ему выступить и принял петицию Цезаря с просьбой разрешить ему зарегистрироваться in absentia.
– Это очень разумная просьба, – сказал Красс в конце довольно искусной речи, – которую сенат должен удовлетворить. Все вы хорошо знаете, что нет ни малейшего намека на недостойное поведение Гая Цезаря в его провинции. А именно недостойное поведение послужило причиной закона нашего консуляра Марка Цицерона о запрещении баллотироваться in absentia.
Цезарь – человек, который все делал правильно, включая решение досадной проблемы, от которой Дальняя Испания страдала много лет. Гай Цезарь внес лучший и справедливейший закон о взыскании долга, и ни один человек, ни должник, ни кредитор, на это не жаловался.
– Конечно, это тебя не удивляет, Марк Красс, – нарочито медленно проговорил Бибул. – Если кто и знает, каково быть должником, так это Гай Цезарь. Вероятно, он и в Испании назанимал денег.
– В таком случае тебе лучше обратиться за информацией прямо к нему, Марк Бибул, – отозвался Красс, как всегда невозмутимо. – Если тебе удастся стать консулом, ты будешь по уши в долгах, чтобы подкупить выборщиков. – Он кашлянул, ожидая ответа, но, не услышав, продолжил: – Повторяю, это очень разумная просьба, которую сенат должен удовлетворить.
Афраний последовательно давал слово другим консулярам, которые все согласились с Крассом.
