Похвально! Ведь некоторые люди просто не могут не стоять выше равных себе, потому что они – лучше. Если бы нам суждено было быть равными во всем, мы все походили бы друг на друга. Но мы не таковы, и это факт, который нельзя обойти.
Куда бы я ни повернулся, Цезарь, меня со всех сторон окружают враги. Неужели эти дурни не понимают, что моя армия может быть распущена, но ее солдаты здесь, в Италии? Стоит мне только позвать, как они появятся, чтобы исполнить любой мой приказ. Скажу тебе, это большое искушение. Я завоевал Восток, я почти удвоил доход Рима, и я все делал правильно.
Так почему они против меня?
Ну ладно, хватит о моих проблемах. На самом деле я пишу, чтобы предупредить тебя о грядущих неприятностях."
"Все началось с тех изумительных отчетов, которые ты посылаешь в сенат: успешная кампания в Лузитании и Галлеции, горы золота и драгоценностей, справедливое распределение ресурсов провинции, рудники, дающие больше серебра, свинца и железа, чем за последние пятьдесят лет. Облегчение для городов, которые наказал Метелл Пий.
Boni, должно быть, потратили целое состояние, посылая шпионов в Дальнюю Испанию, чтобы поймать тебя на чем-нибудь. Но им это до сих пор не удалось, а по слухам, никогда и не удастся. Ни вымогательства, ни казнокрадства. Ведра писем от благодарных жителей Дальней Испании: виновные наказаны, невиновные освобождены. Старый Мамерк, принцепс сената, – кстати, он быстро слабеет – встал в сенате и сказал, что твое поведение является руководством для всех наместников, и boni ничего не могли возразить ему.
Это было для них невыносимо.
Весь Рим знает, что ты будешь старшим консулом. Даже если не учитывать того факта, что ты всегда возглавляешь списки победителей на любых выборах, твоя популярность растет не по дням, а по часам. Марк Красс говорит всем всадникам из восемнадцати центурий, что, когда ты станешь старшим консулом, проблема сбора налогов будет решена. Из чего я заключаю, что он знает: ему понадобится твоя помощь. И знает также, что получит ее.
Мне тоже потребуется твоя помощь, Цезарь. И намного больше, чем Марку Крассу. У него пострадала лишь гордость, в то время как мне необходима земля для ветеранов и ратификация соглашений на Востоке.
Конечно, есть шанс, что ты уже на пути домой, – Цицерон, кажется, думает именно так, – но я нутром чую: ты, как и я, всегда остаешься до последнего момента, чтобы каждая ниточка была на месте, чтобы каждый колтун был расчесан.
Boni нанесли удар, Цезарь, и очень хитро.
