Но молодой Попликола совратил свою мачеху, пытался убить своего отца-цензора и сделался изгоем, без состояния и перспектив. Ему никогда не будет дозволено войти в сенат. Однако, когда Публий Клодий женился на Фульвии и получил неограниченный доступ к деньгам, молодой Попликола стал вновь появляться в высших кругах.
Клодия первая заметила Цезаря. Она выпрямилась на ложе, выставила вперед грудь и одарила его соблазнительной улыбкой.
– Цезарь, какое божественное удовольствие видеть тебя! – промурлыкала она.
– Взаимно, конечно.
– Входи же! – пригласила его Клодия, похлопав по ложу рядом с собой.
– Я бы с удовольствием, но боюсь, что мне пора идти.
Выходя на улицу, Цезарь решил, что эта компания у него в доме – рассадник сплошных неприятностей.
Предстояло повидать Лабиена, но сначала он должен увидеть Сервилию, которая, наверное, уже ждет его в квартире. Женщины! Сегодня положительно день женщин – и по большей части женщин нехороших. Кроме Аврелии, конечно. Вот это женщина! Жаль, подумал Цезарь, поднимаясь по лестнице в свою квартиру, что другой такой нет.
Некоторое время любовники молчали. Сначала были умопомрачительные, длительные поцелуи, потом томные объятия, сплетение обнаженных тел. Сервилия – такая восхитительная, такая умная, такая изобретательная в любви, она позволяла ему делать с собой все, что он хотел, и сама ничем себя не ограничивала. И он был таким идеальным, таким чувствительным и мощным, таким знающим. Абсолютно удовлетворенные друг другом, восхищенные тем, что близость вызывает у них не брезгливость, а удовольствие, Цезарь и Сервилия забывали обо всем, пока вода в хронометре не истекала несколько раз.
Он будет говорить не о Лабиене, а о Помпее, решил Цезарь. Поэтому когда они лежали, обнявшись, он сказал:
– Моя жена подобрала себе странную компанию.
Память о нескольких месяцах бешеной ревности еще жила в Сервилии, поэтому ей нравилось слышать из уст Цезаря любые слова, свидетельствующие о его недовольстве супругой.
О-о, в первые же моменты их примирения после рождения Юнии Терции Сервилия поняла, что брак Цезаря – фикция. Тем не менее проклятая девчонка Помпея была восхитительна. Ни одна женщина возраста Сервилии не может сохранять полную уверенность в любовнике, когда соперница почти на двадцать лет моложе.
– Странная компания? – переспросила она, лаская его.
– Обе Клодии и Фульвия.
– Этого следовало ожидать, учитывая круги, в которых вращается братец Помпеи.
