Но мысль эта возникла у него в голове, и он весело, злорадно выпалил:
– Я – проститутка? Не больше, чем твоя жена, Лукулл! Моя дорогая сестренка Клодилла, которую я люблю так же сильно, как ненавижу тебя! Но она – проститутка, Лукулл. Наверное, поэтому я так сильно люблю ее. Думаешь, ты был у нее первым, когда в пятнадцать лет она вышла за тебя замуж? Лукулл-педераст, растлитель малолетних девочек и мальчиков! Думал, ты был первым у Клодиллы? Нет, не был! – кричал Клодий с пеной у рта.
Лукулл посерел.
– Что ты хочешь сказать? – прошептал он.
– Я хочу сказать, что первым у нее был я! Я, а не ты, знатный и могущественный Луций Лициний Лукулл! Я был у нее первый, и задолго до тебя! И у меня Клодилла была первая. Мы любили спать вместе. Но мы не только спали. Мы много играли, Лукулл, и наша игра становилась серьезнее по мере того, как взрослел я. Я имел обеих сестер, и имел их сотни раз. Я погружал в них свои пальцы и играл с чем-то, что там у них внутри. Я сосал их, хватал зубами. Я проделывал с ними такое, чего ты и вообразить не можешь! И знаешь что? Клодилла считает тебя никудышной заменой своего маленького братца!
Стоявший около стола стул разделял Клодия и мужа Клодиллы.
Из Лукулла, казалось, уходила жизнь. Он рухнул на стул. Он задыхался.
– Я отпускаю тебя, Друг Солдат, потому что пришло время, когда от твоего вида меня вот-вот вырвет. Будь ты проклят! Уезжай к Рексу в Киликию!
После слезного прощания с Силием и Корнифицием Клодий уехал. Конечно, фимбрийские центурионы нагрузили своего друга подарками.
Некоторые из них были очень дорогими, но все полезными. Он отправлялся в путь на красивой низкорослой лошадке. Его слуги тоже ехали на лошадях. За ними следовали несколько десятков мулов, нагруженных трофеями. Считая предстоящий путь вполне безопасным, Клодий отклонил предложение Силия взять эскорт.
Все шло хорошо, пока Клодий не перешел Евфрат у Зевгмы, направляясь в Киликию Педию и далее в Тарс. Между ним и ровными, плодородными речными равнинами Киликии Педии лежали Аманские горы – небольшой горный хребет, пустячный по сравнению с массивами, которые недавно преодолевал Клодий.
О, эти горы вызывали у него лишь презрение, пока банда арабских разбойников не подстерегла его в сухом узком ущелье и не забрала у него все подарки, мешки с деньгами и красивых лошадок. Клодий закончил свое путешествие один, верхом на муле. Но арабы (которым он показался ужасно забавным) дали ему достаточно монет, чтобы добраться до Тарса.
