А это, в свою очередь, значило, что старший брат Клодия, Аппий Клавдий-младший, обычно являлся для него единственным авторитетом. Все пятеро его подопечных были дети буйные, своевольные, склонные все рушить, но маленький Публий оказался из них худшим. Если бы Публий почувствовал на себе, что такое строгая дисциплина, то он, вероятно, в детстве не был бы таким капризным. Но поскольку все пять его старших братьев и сестер страшно портили его, он вытворял все, что ему нравилось, и очень рано убедился в том, что из всех когда-либо живших Клавдиев он отличается от других людей больше остальных.
Когда в Македонии умер их отец, Публий объявил старшему брату Аппию, что отныне намерен писать свое имя так, как оно произносится в просторечии, – Клодий – и без прозвища Пульхр. «Пульхр» означает «Красивый». Действительно, большинство Клавдиев Пульхров обладали внешней привлекательностью. Однако самый первый носитель прозвища получил его вопреки наружности и именно благодаря тому, что был поразительно некрасив.
«Каков красавчик!» – говорили люди, и этот «Пульхр» так и прилип к нему.
Естественно, Публию Клодию разрешили изменить написание своего имени, тем более что прецедент уже имелся. Из трех сестер старшую звали Клавдия, среднюю – Клодия и младшую – Клодилла. Старший Аппий так любил своих подопечных, что ни в чем не мог отказать им. Например, если подростку Публию Клодию нравилось спать с Клодией и Клодиллой, потому что иначе ему снятся кошмары, то почему бы и не позволить ему такую прихоть? Бедняжки, ни матери, ни отца! Старшему брату Аппию было жаль их.
Об этом обстоятельстве младший Публий Клодий отлично знал и пользовался слабостью Аппия самым бессовестным образом.
К тому времени, когда молодой Публий Клодий надел toga virilis и официально стал мужчиной, старший Аппий блестяще восстановил шаткое состояние семьи, женившись на старой деве Сервилии Гнее. Она приглядывала за шестью другими знатными сиротами, принадлежавшими к семействам Сервилия Цепиона, Ливия Друза и Порция Катона.
Ее приданое было столь же велико, как велика была ее некрасивость. Кое-что роднило Аппия и эту старую деву: обоим приходилось заботиться о своих сиротках, так что Сервилия Гнея очень подошла сентиментальному Аппию, который стремительно влюбился в свою тридцатипятилетнюю невесту (ему был двадцать один год) и сделался очень любящим мужем. После чего они начали производить детей по одному в год, следуя, таким образом, традициям Клавдиев.
