А значит, где-то в этом университете лежит тело эйри, в котором вот такенный золотой самородок!
Мне очень стало интересно узнать, где это место. Совсем на всё я ради такого не готова, но поцеловать мертвую преподавательницу могу. Буду потом хвастать вместо поцелуя упыря, что целовала эйри. Никому и в голову не придет уточнять, была ли эйри живая!
— Юлий! — произнесла наконец очнувшаяся от своего ступора Кайса. — Это был он!
Я не сразу сообразила, что Юлий — это Звояр, но даже поняв это, не могла разобраться, чего Кайсу так перекосило.
Что он?
— Девочка, мы не в курсе подробностей, просвети нас, — первым решил подбодрить Кайсу некромант. — Даже я, на что помню Юлия еще своим учеником, не могу придумать ничего такого уж ужасающего. Хотя преследовать медиума ему точно не стоило.
Последнее он добавил, прожженный сразу двумя яростными взглядами: моим и Грайда.
— Тот парень, с которым я встречалась, — упавшим голосом произнесла Кайса. — Я была влюблена по уши, о чем знали все наши знакомые. Не удивительно, что все поверили, будто я спрыгнула с башни.
— Поверили, будто ты спрыгнула — это значит, что ты не прыгала? — я тотчас услышала то, что Кайса хотела сказать. Клементина сильнее сжала мне от волнения руку, но я это едва заметила.
Моя призрачная подруга шмыгнула носом.
— Конечно, нет! — воскликнула она. — Небо, я столько лет не могла понять, как я могла оказаться такой идиоткой, чтобы покончить с собой из-за пусть даже очень милого мальчика, а оказывается, я ею не была.
Она заплакала. Призраки плачут странно, их слез совсем не видно, но при этом окружающим становится не по себе.
Как живым, так и умершим.
— Что ты вспомнила, Кайса? — вежливо спросила Клементина, удачно прерывая поток этих слез.
— В тот день я просто выпила вечером чай с подаренными мне конфетами, — Кайса пожала плечами. — Моя соседка сказала, что переночует у парня, и я осталась в комнате. Я ждала, что Юлий придет ко мне, раз я одна, а потом меня сморил сон. А очнулась я уже призраком!
— Ставлю один поцелуй медиума на то, что этот гаденыш как раз и развлекался в это время с ее соседкой! — возбужденно выкрикнула Малассеция.
Я закатила глаза. Судя по всему, призракам реально очень скучно и совсем нет развлечений!
— Я и сама так теперь думаю, — грустно согласилась Кайса. — Но Винсетия не видела меня, а я в расстройстве чувств от смерти и того, что меня никто не видит, на несколько лет осталась в башне, под которой было найдено мое разбившееся тело.
Замечательно! Я потерла лоб.
