Вдруг от неожиданности он ослабит руки, и я всё-таки упаду на каменный пол? Очень бы не хотелось. — Я должна тебе кое в чём признаться.
— Я тебя слушаю, Иссабелия, — Бриен шагал спокойно и по виду вовсе не собирался паниковать или бросать меня на пол. Но я уже поняла, что маги, а особенно мужчины, в этом вопросе крайне нестабильны. В любой момент всё может измениться.
— Понимаешь, — я набрала воздуха в лёгкие. Одно дело говорить такое мёртвому Даррену, и совсем другое — своему живому жениху! Некрасиво даже как-то получалось.
— Дело в том, что я люблю Даррена!
Я выпалила это одним махом и зажмурилась, ожидая реакции жениха.
Вместо гневных воплей или даже слёз — кто этих советников короля знает! — я вдруг услышала короткий смешок.
Донельзя удивлённая такой реакцией и даже немного обиженная ею — жених называется, одно слово, а не жених, — я открыла глаза.
Бриен всё так же смотрел не на меня, а на дорогу — мы уже шли по полутёмному тоннелю, но свет от сердца университета уже падал бликами на его лицо, но улыбку я разглядеть могла и так.
— Иссабелия, — Бриен качнул головой, словно удивляясь чему-то. — Эту, с позволения сказать, новость знают все, до последнего упыря на кладбище. Даже ваш ректор, наверное, в курсе. Даром что спит. Но это очень хорошо, что и ты сообразила наконец.
Я пристыженно молчала. А что я могла сказать?
Мы как раз добрались до зала, где Бриен аккуратно посадил меня на тот самый диванчик, на который я совсем недавно впервые свалилась с потолка.
Как давно это было и как недавно!
— Не бойся, со всем разберёмся, — серьёзно произнёс Бриен, присаживаясь у моих ног. — Вернём мы тебе магию. И браслет я свой сниму. Всё будет хорошо. Лишь бы Даррен был в порядке.
И меня пронзило словно молнией. Как я могла забыть⁈ Даже тот факт, что меня убили, не объяснял этого преступного поступка! Просто взяла и забыла, что Даррен в опасности! И, возможно, в смертельной опасности! Если вообще ещё жив!
Я вскочила на ноги, но коленки у меня задрожали, и я снова упала на диван.
— Что такое, Белка? — встревоженно спросил Бриен, но я вскочила снова и заорала:
— ДАРРЕН!
Ладно, мне это и впрямь прибавило сил, и я не свалилась кулём обратно, а даже сумела сделать шажок к своей лопате. Дурацкая лопатка для камина меня уже порядком достала.
От моего вопля Викуэль и Софи, тащившие ректора на самодельных носилках, разжали руки, и бедолага ректор снова стукнулся головой.
