Меня тут сколько часов держат эти двое, чтобы общаться с призраками напрямую⁈ Совершенно никакого внимания к чужим потребностям! — Для Звояра не очень хорошо. Где он сам, кстати?
— Мы не можем его найти, — Клементина отпустила мою руку, спасибо ей за это большое, но теперь сверлила подозревающим взглядом. Можно подумать, сама белая и пушистая!
— Как? — поразилась я. — Он же мало того, что совершенно немаленького роста, так еще и светится!
— Тем не менее, мы правда не можем его найти, — признался ректор Грайд.
— Возможно, он использовал еще какой-то неизвестный нам фокус.
— Скорее всего, он использовал святую невидимость, — удивил меня Бриен. Вот он отпускать мою руку не собирался, хоть Клементина и сверлила теперь уже его недовольным взглядом. Но я не обманывалась его поведением — он просто не хотел терять возможность слышать призраков. Очень его понимаю. — Советники короля такую используют, я слышал. Пока ты не замышляешь дурного против короля, тебя не видно. И пока ты не на кого не нападаешь.
Это для того, чтобы советники не шныряли по королевскому дворцу и не раздражали своим видом королевских особ.
— Но он же точно замышляет дурное! — возмутилась Софи. — Куда уж дурнее!
Я покачала головой.
— Не против короля, — напомнила я. — Так, я, наверное, догадываюсь, где может быть Звояр. Он ищет упыря.
— Зачем? — удивились все, кроме Каньера и давно молчавшей эйри Малассеции.
— Глаз упыря, — усмехнулась эйри. — Как же просто!
— И сложно, — не согласился Каньер. — Упыри совершенно не следят за своими глазами, рассчитывая на отличный нюх.
Найти хороший глаз свежего упыря очень нетривиально.
— Наш упырь! — ахнул Бриен. — Вот где Звояр! Он пытается достать его!
У Клементины стало такое лицо, будто Бриен, продолжая держать меня за руку, произнес никак не меньше, чем «наш ребенок». Но мне было не до чувств Клементины.
— Когда он поймет, что из алмаза упыря ему не достать, он пойдет на кладбище, — пояснила я. — И вот там его нужно и упокоить.
Мне было страшно говорить такое.
Вообще-то Звояр был редкостной сволочью и убийцей, но он был пока что живой сволочью. А хуже всего, что убить его должна была я. Если, конечно, я не ошиблась в расчетах. В браслете Звояра, что тянул мою руку, была часть его магии. А нет лучше способа убить мага, чем его собственной магией.
Кажется, мои взгляды поняли и другие.
— Ты с ума сошла, — заявил Бриен. — Если он окажется сильнее и в этот раз, ты окончательно станешь его женой.
