— Белочка, миленькая, ты выходишь замуж? Это Даррен, да? Я всё время думала, что он к тебе неровно дышит. Все его слежки за тобой, ехидные реплики, пока он не давал тебе убиться… Да и твое внимание к нему видно каждому, у кого есть зрение!
— Что⁈ — прошипела я. — Видно каждому?
— У кого есть зрение, — Кайса затрепетала. Я же надеялась, что мой взгляд достаточно красноречив.
— То есть, только внимательным, — уточнила Кайса и нервно затеребила кончик косы.
Я продолжала молча буравить ее взглядом.
— Мне, — наконец сдалась она.
— Мне давно было видно это. Ты довольна?
— Довольна, — буркнула я. — То есть, нет. Не очень довольна! Ты ни разу мне не говорила о своих беспочвенных подозрениях. Потому что ничего такого между нами с Дарреном нет. То есть не было, то есть…"
"Я поняла, что запуталась. И рассказала Кайсе о наших поцелуях. И о том, как Даррен хотел от меня избавиться. И как избавился. Кайса вздыхала, ойкала, ладошками закрывала рот и взлетала к потолку на самых интересных моментах.
— И вот теперь я здесь, — я обвела рукой темницу.
— И кто меня сюда сунул? Звояр! Представляешь?
Кайса закивала. Она знала, что я обожала, как ведет занятия Юлий Звояр и могла часами обсуждать его манеру преподавания. Софи не могла столько слушать, а Кайса — могла.
— Я не понимаю, как могло так получиться, — призналась она. — Я же в ваше отсутствие просто вяло брожу рядом с местом своего смертельного прыжка и, лишь почувствовав, что в нашей комнате кто-то есть, метнулась туда.
Я кивнула. Логично, что подруга подумала, что это я.
Не Софи же вдруг посреди лета вернется в университет!
— А там эта девица. Ей целый поднос еды поставили и пакет с бельем. Видно сразу, что дочка важной птицы какой, — с восхищением добавила Кайса, снова заставляя меня злиться.
— Я вообще-то тоже дочка важной птицы, — буркнула я. — Даже двух важных птиц. Если бы папа и мама узнали, что меня держат в таких условиях без каких-либо на то причин, они бы камня на камне от университета не оставили!
Кайса промолчала.
Она не могла решить, как относиться к тому, что я дочь инквизиторов, и предпочитала этот факт стойко игнорировать.
Я ее не винила. Я и сама не решила, как к этому относиться, если честно. Но для меня это было частью моей жизни, а для Кайсы — нет.
— Если хочешь, я могу узнать, что случилось, — наконец произнесла она, когда решила, что тему моей семьи мы исчерпали и больше к ней не вернемся. — Я залечу к Звояру, если, конечно, он не поставил защиту от призраков.
