— Если уволите, то уйду сборщицей в поля, но жить буду все равно здесь. — Пригрозила, уже узнав специфику работы предприятия.
— Почему ты меня не боишься? — Прищурился он и как-то нехорошо насторожился.
— А надо? — Впервые подумала я. Ну, может быть, у начальства бзик такой, и ему нужно, чтобы его все боялись. Травма детства, или еще чего. Тогда нужно срочно как-то подыграть. У меня у самой детских травм пруд пруди. — Сейчас. — Я сделала испуганное лицо и заголосила. — Ой, люди добрые, что ж это делается-а-а? Ой, боюсь, боюсь! — Я притормозила, потому что из кустов вылетел парень весьма приятной наружности у уставился на меня, как удав на серную кислоту.
— Ой, простите. — Извинилась и снова посмотрела на изумленное начальство. — А чего именно надо бояться?
— Смерти, — выдавил из себя Хозяин.
— Сейчас. — Кивнула. — Ой, боюсь, боюсь! Ироды со свету сживают, смертушки моей хотят! — Вновь заголосила тоненьким противным голоском.
— Врет! — Парень деловито вышел на дорожку и спрятал улыбку.
— Вообще не боится.
Хозяин метнул в него раздраженный взгляд.
— Антон, брысь отсюда. — Ледяным голосом распорядился альбинос. — И без тебя понятно, что паясничает.
Однако, парень остался стоять.
— Николай Николаевич, не в этом дело. Она совсем не боится. Даже в подсознании страха нет. — Сдал он меня, чуть поклонился и снова исчез в кустах.
Я проводила его нехорошим взглядом. Стукач, не меньше. Нужно будет его стороной обходить и близко к себе не подпускать. Тоже мне, экстрасенс нашелся.
— Забавно. — Задумчиво сказал Хозяин.
— Вы меня увольнять будете? — Устало спросила. И так сегодня день непростой был, так еще и это. — Ну, или убивать, на всякий случай.
Меня смерили чуть насмешливым взглядом.
— Нет. — Покачал он головой. — Будем жить и мучиться. — Нехорошо скривился он и осмотрел территорию. — У тебя ужин остался? — Вдруг перевел он тему.
Я два раза моргнула, прежде чем вопрос до меня дошел. То есть сначала хамит, потом издевается, а теперь ужин ему мой подавай.
— Вам Белла Устиновна дома приготовила. — Я встала так, чтобы он мимо меня в мой домик ну никак не прошел.
Он на это дело нехорошо улыбнулся.
— Жить стало веселее, — пробормотал под нос и, резко развернувшись, принялся спускаться с крыльца."
"Причем шел он сейчас походкой совершенно уставшего человека, который как будто продирался сквозь пространство, как через кисель. Медленными и выверенными шагами. Я почему-то поняла, что ужинать он сегодня не будет.
