И этот безобидный вопрос ввел меня в ступор. Перебрала все, что случилось вчера за закрытой дверью кабинета, и поняла, что мне нечего ответить. Мысленно разозлилась на Владислава: какое право он имел втягивать меня в свою тайну! И чем вообще думал, когда рассказывал такое первой встречной! А вдруг бы я растрезвонила всем о его наследстве и браке?
Вот возьму и выложу сейчас отчиму всю правду! Что вы тогда на это скажете, Владислав Романович?
Но вслух сказала совсем другое…
— О жизни, — прошептала я, предвкушая скандал.
Владимир мгновенно вспылил, ударил кулаком по столу и проревел:
— Ты еще и издеваешься?
Не знаю, как далеко отчим мог зайти в своем гневе, но мама остановила его, придержав за руку. Я благодарно взглянула на нее и вдруг поняла, как могу реабилитироваться. Пусть временно, но успокою родителей.
— Сегодня вечером мы встречаемся с Владиславом, — выпалила я, конечно же, не уточняя цели нашего рандеву.
Лицо Владимира смягчилось, он заметно расслабился и разжал кулаки.
— Хорошо. Рад, что ты одумалась, — по-доброму сказал отчим. — Вы помирились?
— Мы и не ссорились. Да и как можно иметь какие-то отношения с чужим человеком? — выплеснула свое недовольство, не сумев вовремя остановиться.
Заметила, что Владимир опять начал закипать, но в беседу вмешалась мама:
— Правильно. Вот сегодня и познакомитесь ближе, — ласково проговорила она, а я с трудом смогла сохранить невозмутимое выражение лица и еле заставила себя кивнуть в знак согласия.
— А сейчас ты, Мари, давай собирайся на работу, а ты, Вова, пей свой кофе, пока не остыл.
Мама в нашей семье часто выполняла миссию миротворца. В самых сложных ситуациях и громких конфликтах она оказывалась между двух огней, не принимая чью-то сторону, и пытаясь потушить разгорающуюся ссору. Вот и сейчас ей удалось остудить наш пыл.
Некоторое время мы с отчимом смотрели друг на друга, словно продолжая некую невидимую борьбу. Я сдалась первой.
Отвела взгляд и, поднявшись, решила молча покинуть гостиную. Но какая-то непонятная сила заставила меня остановиться на пороге и обернуться.
— Пап, — не удержалась я от мучившего меня вопроса, чувствуя на себе напряженный взгляд мамы. — А откуда ты знаешь Углицких и как давно?
— Углицкий — фамилия Владислава, и официально именно ему принадлежит весь бизнес, а дядя его Вепрев, — поправил меня отчим. — Хм, пару месяцев знакомы.
