Я вела себя слишком импульсивно и порочно, но почему-то мне было плевать. Все, что имело значение сейчас, — это алчущие губы Влада, его рваное дыхание и жар крепкого тела.
Так близко, что голова шла кругом.
Не выпуская из губительного плена поцелуев, муж скользнул руками по моим плечам, обжигая кожу через кружевную ткань, потом — по спине, прижимая меня ближе. И легким движением расстегнул дурацкую молнию на платье, с которой я сама наверняка бы долго промучилась. Но на этом он не остановился…
Слишком горячие для такого холодного истукана ладони на удивление ласково прошлись вдоль моего позвоночника к пояснице, поглаживая каждый сантиметр обнаженного участка тела.
В следующее мгновение требовательные мужские руки вернулись наверх, обхватывая края ткани свадебного платья и медленно спуская тонкое кружево с моих плеч.
Я вспыхнула, ощущая, как жаркая волна охватывает тело и дурманит разум. Всхлипнула, но не прервала поцелуя, а наоборот сильнее впилась в губы Влада, будто ища в них спасение… от него же самого…
Глухо простонала, почувствовав, как его ладони легли на мою грудь и порывисто сжали через корсет.
Вместо того, чтобы сопротивляться, я бесстыдно выгнулась, открываясь для нетерпеливых мужских ласк.
Оставив мои припухшие губы, Влад осыпал поцелуями шею, вынудив меня слегка откинуть голову назад. Став еще смелее и пламеннее, его губы проложили влажную дорожку к ключице, очертили линию декольте, словно дразня меня, и задержались прямо на соблазнительной ложбинке.
Разряд по телу — и мое сердце пустилось галопом.
Еще поцелуй — опять разряд. Пациент сегодня вряд ли выживет…
Сильно прикусила губу изнутри, чтобы подавить очередной стон, и ощутила металлический привкус во рту. Наверно, из-за боли от своего же укуса пришла в себя, внимая неистовым воплям разума.
Что я делаю! Как неправильно все это!
Мужчина, в чьих руках я схожу с ума от первобытной страсти, по факту просто купил меня. На время… И сейчас не против воспользоваться приятным бонусом в виде моего тела, не более того…
Резко дернувшись, грубо оттолкнула Влада, сбросив с себя его жадные ладони, и вскочила с кровати, попутно поправляя платье.
Молнию я бы не застегнула при всем желании, поэтому просто обхватила себя руками, придерживая корсет.
Углицкий тоже встал и устремил на меня потемневший от желания взгляд. Его мощная грудь судорожно вздымалась, а руки, что недавно ласкали меня, сейчас были сжаты в кулаки. Он словно боролся сам с собой, пытаясь сделать важный выбор.
