Все свои девятнадцать лет я не знал, кто я и кто должен мне нравиться. Мальчики, девочки. Меня не тянуло ни к тем, и ни к другим. Когда боишься своего тела, боишься принять себя, свою сущность, боишься своих мыслей. Боишься себя и за себя.
Тебе не до любви.
И вот сегодня. Первый мой рабочий день. Первый день свободы. Первый день знакомства с моим боссом. Я никогда не видел таких мужчин. Сопливые, вечно неопрятные, потные одноклассники, что никак не могут совладать с признаками своего взросления, никогда меня не привлекали.
А девочки, элементарно не могли понравиться, как девочки.
Ведь Я Не Чувствую Себя Мальчиком.
Мой босс. Первый человек, который отнесся ко мне, как человек. Его глубокие синие глаза с интересом разглядывали меня, стоявшего в своих нелепых джинсах и майке вот так вот, прямо перед ним. Мне нечего скрывать. Я такой, какой есть. А он – просто Бог. Мой Бог. Теперь.
Мне стало до жути страшно, когда Он поднялся из-за своего величественного стола и его атлетическая фигура, скрытая под материей идеального делового костюма, нависла надо мной, словно несокрушимая скала.
– Как, ты говоришь, тебя зовут? – его повелительный голос лишил меня ног. Я не чувствую их также, как не чувствую землю под собой.
– Женя, – я сказал это вполголоса.
Привычно, заученно. Я никогда не произношу фамилию. Потому, что все еще не знаю, кто я.
Он подошел ко мне. Подошел так близко, как никогда и никто до него. Я перестал существовать, в момент, когда его указательный палец коснулся моего подбородка и властно приподнял его.
Большим же, он прогулялся по моей верхней губе.
– Ты дрожишь, – непринужденно произнес Он.
– Я боюсь вас, – уже прошептал, при каждом движении губ касаясь его жесткого пальца, который он так и не убрал от моего лица.
– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого.
Его мужская ухмылка, уперевшаяся в жесткую щеку, было последним, что я видел, перед тем, как…
Он резко склонился надо мной и поцеловал прямо в губы!!!
В следующее мгновение, я уже вылетел из его кабинета и в ужасе захлопнул металлическую дверь за собой! Мое сердце вырывалось из груди, руки тряслись, а дыхание грозилось остановиться в любую секунду, свалив меня прямо здесь, в величественном холле, по которому каждый день, Его подчиненные идут к Нему отчитываться за свою работу.
По которому несколько минут назад шел я, Женя, и даже не мог предположить, что меня ждет за этой самой дверью, к которой я теперь в изнеможении прислоняюсь спиной и молю бога, чтобы он позволил мне проснуться.
