М-да, нехорошо… Но ничего – вот вытащу его, утрясу все вопросы – и снова влезу в кимоно, буду говорить тихим голосом, перестану орать и нервничать, а заодно и курить в таком количестве.
– Савва не звонил? – спросила я, выбросив окурок в форточку.
– Мне – звонил. А вам?
– А если я спросила – то сам-то как думаешь? – Вот, опять! Я снова поймала себя за язык на очередном псевдоостроумном ответе телохранителю. – Ты меня извини, Никита, я в последнее время много лишнего говорю…
– Вы в последнее время стали на себя не похожи, – вздохнул он.
– И это я не про вчера-позавчера говорю. Вы давно уже какая-то другая, я не узнаю иной раз.
– Результат долгой и упорной работы над собой, мой друг. И вот за пару дней я взяла и все изгадила.
– А вы мне больше нравились, когда были едкой и бесшабашной, – признался Никита. – Такое впечатление, что сейчас вы просто в чужой костюм влезли, он вам мал, вы съеживаетесь, чтобы руки-ноги не торчали, а все одно – не получается. Себя не обманешь.
Я только вздохнула. Никита умел иной раз сказать что-то такое, что полностью соответствовало и моим внутренним ощущениям.
Как он сейчас – про костюм-то…
– Ладно, это лирика, конечно, – произнесла я. – Давай о насущном думать.
– Ну, давайте. Савка успел несколько клубов восточных единоборств отработать, но бесполезно, – доложил Никита. – Примет мало, вы же понимаете – что такое дубленка? Их пруд пруди, у Моисея Израилевича вон тоже есть.
Да – это точно… дубленка коричневая у дяди Мони была, но это отнюдь не делало его, например, подозреваемым – мало кто мог заподозрить старого толстого еврея с тяжелой одышкой в пристрастии к боевым японским мечам.
– Ты прав… – задумчиво протянула я, вертя в руках новую сигарету и отчаянно борясь с желанием выкурить ее. – Это тупик, да?
– Это – скорее всего, да, – кивнул телохранитель, забрав у меня сигарету и выкинув в окно. – Но можно, наверное, как-то иначе попробовать. Немного толку от Савки в этот раз…
– Просто зацепок слишком уж мало.
– А у Акелы нет никаких фоток? Ну, старых каких-нибудь? Может, с соревнований?
Я удрученно покачала головой:
– Нет.
Он уехал из дома с одной сумкой, ничего не взял, и никаких фотографий у него, разумеется, нет.
– А название клуба, в котором он тренировался, вы не знаете? – не отлипал настырный Никита, и я начала напрягать память.
Клуб был не совсем легальный, но название-то у него точно имелось… И Акела мне его называл, я могла голову прозакладывать, вот только вылетело оно у меня, к сожалению.
