Но что еще за душечки?
— Спектральная проекция духа в трехмерном человеческом мире, — пояснил Даррен, в его голосе снова появились нотки высокомерия. — Если хочешь выпендриваться. А коротко — душечки. Это как… наш дух кипит внутри наших тел, а пар — и есть душечка.
— Не бесы? — на всякий случай уточнила я.
— Не бесы, — подтвердил Даррен, но я ему все равно не поверила. Кто признается, что одержим бесами, да еще мне!"
"— А почему у меня тогда душечки нет? — я попыталась поймать его на несоответствии, но он уже придумал ответ.
— У инквизиторов очень сильный контроль над духом, поэтому пар из их чайников не выходит. Если только не срывает крышку, — с совершенно серьезным лицом произнес он и уставился на меня.
А я на него.
Это правда, инквизиторы иногда сходили с ума и начинали крушить даже своих, подозревая в них волшебных существ. Или шли в самоубийственные походы на драконов, например. Маги ведь охраняли инквизиторов и драконов по отдельности, но отнюдь не друг от друга!
— Давай будем считать, что этого разговора не было? — я сдалась первая.
— Давай, — неожиданно легко согласился он, и мы оба посмотрели на Бриена. Точнее, на то место, где он стоял, прежде чем свалиться в обморок.
— Он живой там вообще? — спросила я. Конечно, мертвый Бриен упростил бы мне жизнь, но я терпеть не могу телодвижения, не приносящие ничего полезного. А если он умер, то я зря его выкапывала!
— Живой, — Даррен не стал его касаться руками или проверять, дышит ли брат. Ну да, он опытный некромант, он и так видит.
— Он просто из обморока перешел в сон. Такое бывает от эмоциональной перегрузки.
Я его уже не слушала, меня поразила новая прекрасная мысль.
— У меня теперь есть силы вашей бабки из-под клумбы! — выкрикнула я, не в силах сдержать радость. — Я могу стать некромантом!
— Не знаю, — Даррен наморщил нос, будто от меня или котика воняло. — Хватит ли тебе сил. Для некромантии нужна не только голая сила, но и некротический вектор. А ты, извини, получила не его.
— В каком это смысле, не его? — оторопела я и посмотрела на котика.
Нежить в моих руках чувствовала себя превосходно.
— Ты получила редкий в наше время дар медиума, — пояснил Даррен. — Но зачем он нужен? Мне кажется, это самый бессмысленный дар, какой только может быть.
— Вовсе нет! — заспорила я, но больше из духа противоречия. Вообще-то я понятия не имела, что мне делать с этим. Слышать мертвецов я и раньше умела!
— Зато теперь тебе будут верить, — попытался утешить меня Даррен. — Или нет.
