Вторая половина вообразит, что убийца у них в шкафу, а упырь под кроватью, как им всегда желали — и выбегут от ужаса. Ну и будет тут толпа слоняться.
Я, конечно, не поверила, и, надо заметить, совершенно зря. Именно так, как Клементина описала, всё и произошло. Но это было позже.
— Если так будет, то на эту толпу мы упыря ловить и будем, — наверное, во мне говорили бодрящие орешки, но, даже не обнаружив лопату в столовой, я не растеряла оптимизма. — Возьми с собой что угодно колющее и половник из супницы.
Сама я брать ничего не стала. У меня были мои мелкие амулеты, ловкость и умение использовать в качестве оружия что придется. Так что посторонние предметы мне будут только мешать.
Конечно, впору было задуматься, откуда тут пустая супница, кто и для кого варил суп, но что-то для меня было перебор с тайнами, и эту я решила оставить Даррену. Всё по-честному: я разберусь с убийцами, а он с супом!
— Может, ты ее в склепе оставила? — предположила Клементина. Она оглянулась, услышав шорох, и на всякий случай выставила перед собой вилку, а руку с половником занесла для удара.
Но там оказалась всего лишь Барбара.
Мне категорически не нравилась эта тощая пучеглазая петрушинка, но стоило быть справедливой: на нее у нас не было ничего, кроме того, что ей все не нравились еще сильнее, чем мне самой — она."
"Да, она водила шашни с Гримием, насколько серьезные — мне и узнавать не хотелось, потому что я придумать не могла причину, по которой можно одного плешивого беса менять на точно такого же, да еще и слабого магически! У меня в голове не укладывалось.
Ладно, я могла бы (голосом Софи в своей голове, а то даже Кайсы) сказать, что слишком наивна, чтобы разбираться, кто и в чем силен, но это Остия постоянно можно было обнаружить с самыми разными женщинами, а не Гримия! В общем, чужая душа потемки, а уж у такой как Барбара тем более.
Что до вампира, то за связь с ним половину этого курятника можно было бы подвести под казематы, включая Клементину, что тоже не дело.
В общем, Барбара не нравилась мне, и Барбаре я тоже определенно не нравилась. Точка.
— Клементина, правда, что кто-то выпустил упыря? — срывающимся от страха голосом спросила Барбара. Меня она игнорировала. Интересно, почему прямо столько нелюбви? Вроде я ее Остия не трогала и пасынку не я голову отрезала. Да я даже…
А. Да. Если ей вампир нравился, то в кубе он из-за меня оказался. И Бриена я тоже откопала, а Барбара точно была против.
