Фрейлины же почтительно склонились, приветствуя великосветскую леди.
А еще я не могла оторваться взгляда от платья. Знаете, так бывает, ты видишь вещь и понимаешь — вот она, твоя голубая мечта. Одно плохо, моя мечта была не на манекене в витрине магазина, а на очень даже живой женщине, которая определила меня в соперницы.
— Ваше…милость, — пропела леди Арнель, причем точно сделала заминку специально. Прямо намекая на то, что я принцесса, а вот милость явно ненадолго. — Я безмерно счастлива, что вы приняли меня…
Кстати.
Об обращении, Рален тоже называл меня ее высочеством, а не милостью, миледи и так далее. Но думаю, у него это связано с противоречием. Он-то знает, что брак не консуммирован. Выходит, что и Арнель знает? Раз специально оговорилась, хотя и исправилась, все же посторонние присутствуют. За леди скользнули две женщины. Скорее всего, ее фрейлины.
Те склонились на порядок ниже своей госпожи и не посмели произнести ни слова. Собственно, права не имели… Вообще, и Арнель эта не должна была рта открывать, пока я сама к ней не обращусь.
Это понимание настигло меня позже. Не всегда память Данаэль срабатывала быстро. Вот блин…
— О, леди Арнель, учитывая вашу настойчивость, мне совсем не сложно оказать эту милость. — И сладко улыбнуться. Как гламурные модели на обложках журналов. Поиграем, девочка, ох поиграем!
В голове Арнель зашевелились шестерёнки. Конечно, я сейчас буду оправдывать ее представление о малолетней человечке, которая так нагло втерлась в ее вотчину и умной быть не может.
В силу возраста вестимо. А мне того и надо. Пусть считает, будто я не поняла того, что меня оскорбили. Ничего-ничего, мне нужно, чтобы она расслабилась и потеряла бдительность.
— Присаживайтесь же, леди Арнель и поведайте кто сотворил вам это чудесное платье! — Щебетала я, не отрывая взгляда от прекраснейшего наряда собеседницы.
Черт, я тоже хочу подобный крой и цвет подобран изумительно: не кричащий, не вульгарный, хотя настолько сексуальный, что будь я мужчиной — не сдержалась бы, отволокла Арнель в укромный уголок.
Да уж, по сравнению с ней я и правда ребенком кажусь. Ну ничего, где наша не пропадала!"
"Тем временем я махнула фрейлинам и те наполнили наши бокалы соком. От вина я отказалась принципиально. А вот против вишнёвого сока ничего не имела. И вкусно, и полезно…
— Оставьте нас, — приказала я, словно бы опомнившись, чем заработала еще один взгляд синих глаз. Да какой взгляд! Сколько превосходства, сколько самодовольства было в нем.