И только потом отворачиваюсь, тут же натыкаясь на внимательный взгляд отца.
– Не знал, что она вернулась?
Неопределенно мотаю головой. Не знал, конечно. Отпустил ее полтора года назад и не следил. Знал, что если она вернется, то непременно откроет бренд своей одежды, как и мечтала, и я, конечно же, об этом узнаю и приду, как и обещал. Тот факт, что мы можем вот так, случайно, столкнуться в ресторане, даже не приходил мне в голову.
– Не думал, что эта девочка так сильно тебя раздавит.
– Она ни при чем.
Отец усмехается. Не верит, конечно. Я и сам себе не верю. С одной стороны – после Леры все изменилось. Квартира стала пустой, мысли сосредоточились на главном, лишняя ответственность ушла. Никаких проблем, сплошные плюсы. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я понял, что привык, и плюсы превратились в минусы, а моя жизнь – в воронку, которую я больше не контролировал.
– Ты сильно изменился, когда она уехала.
Хмыкаю, потому что никаких изменений, конечно же, не замечал.
– Взгляд стал жестче, лицо – более хмурым. Неудивительно, что женщины у тебя теперь нет. Хоть и выглядишь ты по-прежнему неплохо, противоположный пол тебя боится.
– Я не понимаю, за отсутствием матери ты взвалил на свои плечи нотации о женитьбе и внуках?
– До внуков я уже не доживу, а на женитьбу бы посмотреть не отказался.
– Не неси чушь. И до внуков доживешь.
– Так быстро еще не рожают.
– О чем ты? – хмурюсь.
Отец смотрит за мою спину.
Ему, в отличие от меня, удобно рассматривать Леру, и он пользуется этим, не стесняясь.
– Есть что-то, чего я не знаю?
Напрягаюсь. За здоровьем отца я слежу исправно, его лечащий врач регулярно сбрасывает мне результаты обследований и, если что-то не так – звонит. В последний раз отец отказывался от санаторно-курортного лечения, пришлось мчаться почти пятьсот километров, чтобы уговорить его принять предложение доктора.
– Конечно, нет, Ярослав.
Но с твоими темпами скорее у меня родится ребенок, чем внук.
– С чего такое желание нянчиться с детьми?
– Нет никакого желания. Хочу, чтобы мой сын был счастливым.
– А я что, несчастен? Работа есть, квартира в столице есть, бабки зарабатываю, устроен.
– Это не счастье, а комфорт.
Я молча выслушиваю тираду отца, а затем выхожу на террасу снова. Он следом не приходит, дает мне время остыть. Общаться нам после переезда труднее.
