Всхлипывала и медленно раскачивалась из стороны в сторону. Завидев меня, разрыдалась еще пуще.
Маленькая, хрупкая, беззащитная и беспомощная.
«Какая тварь посмела на нее напасть?» — Я скрипнул зубами и сел рядом с ней.
А в следующий миг растерянно застыл: Мила бросилась мне на шею и вцепилась так крепко, что грозила задушить.
Ее хрупкие плечи то и дело вздрагивали. Этот плач проникал в самое нутро, рвал душу на части.
Да что тут произошло? Убью урода! Знать бы еще кого.
— Спасибо, спасибо! — бормотала она сквозь слезы.
— Твой человек его увел… А Михаил почти сломал замок… А я не знаю, где они… Галя не говорила… Я не виновата!
Какая Галя, что Мила не говорила и кому?
Я ничего не понимал. Зато четко знал, что делать дальше.
— Как живот? — спросил обеспокоенно.
— Получше.
Нет уж, «получше» меня больше не устраивало.
— Вставай, — велел я, освободившись из ее объятий. — Поехали.
Мила растерянно заморгала.
— Куда?
— Ты же не думаешь, — хмыкнул я, — что оставлю вас тут? Ты переезжаешь ко мне.
Мила открыла рот, но я поднял ладонь, прерывая любые возможные возражения."
"— Не спорь. Мой ребенок не будет жить в таких условиях.
— Но ты же еще не сделал тест ДНК, — округлила глаза она.
— А в этом есть необходимость? — Я тщательно всмотрелся в ее лицо.
— Нет, — покачала головой Мила, не отводя взгляда. Уверенно заявила: — Это твой ребенок.
Я смотрел в ее серо-голубые глаза, покрасневшие от слез, и чувствовал: никакой тест и не нужен, он будет лишь формальностью.
Это действительно мой ребенок. Уж в этом она точно мне не врала.
— Тогда чего мы ждем? — через минуту очнулся я.
Мила открыла шкаф, достала небольшую сумку и покидала туда какие-то вещи.
Я терпеливо ждал, прислонившись к дверному косяку.
Через десять минут открывал ей заднюю дверь своего седана.
— Подожди тут, я скоро вернусь.
— Ты куда? — испуганно пролепетала она.
— Да есть тут одно нерешенное дельце, — усмехнулся я и двинулся обратно в подъезд.
Пора узнать, что произошло, и разобраться с тем уродом, что посмел угрожать моему ребенку и его матери.
Перед тем как зайти в подъезд, я быстро обернулся.
Мила сидела на заднем сиденье моей машины с прикрытыми глазами, прислонившись лбом к стеклу. Бледное, практически бескровное лицо освещал тусклый уличный фонарь.
Но даже так я увидел достаточно: ее плечи немного расслабились. Большего в такой ситуации ждать не стоило.
