Понятно?
Борисова на мгновение стушевалась, но потом, видимо, решив, что отступать уже поздно, победно улыбнулась.
— Конечно, понятно, Разумовский! — она тут же подскочила к пациенту. — Пойдемте, уважаемый, я лично вами займусь! Мы вас сейчас по полной программе проверим!
И она с гордым видом вывела ошарашенного пациента из кабинета.
Когда за ними закрылась дверь, я не выдержал и со всей дури стукнул кулаком по столу. Валентина Петровна, которая до этого с интересом наблюдала за нашей сценой, испуганно вздрогнула и чуть не подавилась своей баранкой, которую украдкой откусила.
Но я-то видел.
Черт! Ну что за дура! Вместо того чтобы помогать, она только палки в колеса вставляет!
И ведь главное — не поспоришь! С формальной точки зрения она права. Полное обследование, исключение всех возможных диагнозов… все по протоколу. Только вот протоколы пишутся для стандартных ситуаций, а не для массовых эпидемий, когда нужно действовать быстро и решительно!
Злость, однако, быстро сменилась прагматизмом.
Ну и черт с ней, с этой Борисовой. Пусть себе бегает по кабинетам, раз ей так хочется. По крайней мере, она не будет мне мешаться под ногами и отвлекать от работы. А это уже плюс. Да и пациенту от лишнего обследования хуже не станет. Только время потеряет.
Я продолжил прием. Пациенты шли и шли. «Стекляшка», простуда, бронхит, снова «стекляшка»… Конвейер, от которого к середине дня начинала кружиться голова.
И тут, среди этого потока кашляющих и температурящих, ко мне в кабинет зашла молоденькая девушка лет восемнадцати.
Бледная, с темными кругами под глазами.
— Здравствуйте, господин лекарь, — она робко присела на стул. — У меня тут… что-то странное.
— И что же? — я с интересом посмотрел на нее.
— Да вот… слабость какая-то постоянная, тошнит, голова кружится… И запахи… я их как-то по-другому стала чувствовать. Все кажется таким резким, неприятным…
Я внимательно ее осмотрел. Температуры нет, кашля тоже. На «стекляшку» не похоже. Я задал ей еще пару наводящих вопросов, в том числе и один, самый главный, который почему-то не задал ей ни один из предыдущих врачей, к которым она обращалась.
— А скажите, милочка, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более деликатно. — А с месячными у вас как? Задержки не было?
Девушка густо покраснела и опустила глаза.
— Была… — прошептала она. — Уже вторую неделю…
— Ну что ж, — я улыбнулся. — Поздравляю вас, милочка. Вы, похоже, скоро станете мамой.
