Плащ, который мне бы сейчас пригодился, был опрометчиво упакован в мой дорожный сундук, который доставят сразу на дирижабль, поэтому хлопковое платье с радостью впитало влагу из воздуха. И эта его неочевидная догадка тоже пугает.
– Мисс Браун, я не хочу сделать вам плохо, – медленно, убеждающе говорит Темный. – Вам незачем так сильно меня бояться.
– Да вы шутник, – усмехаюсь я, а по телу пробегает дрожь. – Угрожаете моему отцу, кузену, мне, а говорите, что не хотите делать плохо.
– Не хочу, – повторяет он.
– Но буду вынужден, если вы будете упорствовать. И да, к вашему кузену это не имеет ни малейшего отношения.
– А где гарантии, что если я соглашусь, отец действительно будет в безопасности? – поднимаю взгляд на чужака.
– Мое слово?
– Не смешите! – фыркаю я и встаю с места, отходя к темному провалу окна. – Разве можно верить слову такого как вы?
– Такого как я? – в голосе слышится насмешка. – Ни в коем случае, конечно.
– Это прекрасно, что вы можете быть объективны к себе, – говорю я, и мое дыхание белой дымкой оседает на холодном стекле.
– Считайте это моей положительной стороной.
– У вас их нет. Вы чудовище, если можете ставить девушке такое условие, – цежу я, глядя, как пламя свечей отражается золотыми мерцающими пятнами.
– Как пожелаете, – совершенно спокойно отвечает он, и на мои плечи ложится тяжелый камзол, а легкие наполняет насыщенный древесный аромат. – Но вам придется принять правила этой игры.
Его руки чуть дольше, чем позволяют приличия, задерживаются на моих плечах, а потом он отходит.
Скидываю с себя камзол, несмотря на то, что мне очень хочется, наоборот, в него укутаться и не снимать.
– И что же меня ждет, если я выйду замуж за чудовище? – резко оборачиваюсь и дерзко смотрю в глаза этому негодяю.
Кажется, его даже забавляет то, как я пытаюсь противостоять ему, и ни капли не возмущает то, что я говорю ему прямолинейно то, что о нем думаю.
– Завтра с самого утра мы отправимся в ближайшую часовню, принесем там клятвы в вечной взаимной любви и уважении, – тут на четко очерченных губах появляется саркастическая ухмылка.
– А затем в полдень счастливыми молодоженами поднимаемся на борт дирижабля, чтобы совместить свадебное путешествие и твою поездку к месту работы.
В голове тут же проносятся мысли о том, как я смогу обратиться за помощью к кому-нибудь, хотя бы дать знак, что меня держат в заложниках. Но сначала мне нужно будет удостовериться, что с папой все в порядке.
