— Конечно могу! — сразу отвечаю я.
На этом разговор наш закончился, так как вернулся Тимофей. Я ожидала его хмурого лица, недовольных фраз, но неожиданно он мне улыбался, легонько чмокнул в щёку, словно приветствовал после небольшой разлуки.
Полагаю, что дела по которым он уходил, его порадовали, слишком уж довольным он был сейчас. Даже вежливо попрощался с Егором, хотя руки уже не протянул.
— Как поговорили? — спросил Кузнецов.
Я взглянула на его сосредоточенный профиль, пытаясь понять, хочет ли он подробностей или просто из вежливости спрашивает.
Из вежливости? Мне даже смешно становится от этих мыслей.
Этот мужчина имеет лоск, внешнюю привлекательность, но внутри него прячется обычный ревнивец и собственник. Хоть и нужна я ему для его деловых целей, но это не отменяет отношения ко мне, как к его принадлежности. И трогать никому нельзя.
— Нормально поговорили. — меня, прямо таки, подмывает подразнить Тимофея. — Хорошо, что Егор вернулся.
Кузнецов едва заметно дернулся, словно хотел сесть поудобнее, а потом передумал.
— И какие планы у твоего друга? — резче обычного спросил Тимофей.
Я, как мышь в норе, затаилась, пытаясь решить, что отвечать, как вести себя. Страха не было перед Кузнецовым, это точно, но адреналин в крови появился. Дразню я этого кота, дёргаю за усы. Зачем? Наверное, чтобы дать понять, что я свободный человек, несмотря на все наши договоренности.
— У Егора в планах оставаться моим другом. — как можно мягче отвечаю на вопрос Кузнецова.
Мужчина хмыкнул и заулыбался, не отрывая взгляда от дороги.
— Ну и хорошо.
— Хорошо? — вырывается мое удивление."
"— Конечно. Хорошие друзья всегда нужны. — уже без улыбки, но спокойно отвечает Тимофей.
Я не могу отделаться от ощущения, что это не я кота за усы подергала, а он меня. Перевожу взгляд с лица на руки Тимофея, лежащие на руле. Загорелая, крепкая кисть уверенно охватила руль и ведёт машину.
«Именно так, Маргарита, сейчас ведёт он, а не ты!» — говорю себе, пытаясь перевести мысли в другое русло.
— У меня есть информация, что семья Мирослава будет сегодня вечером на приеме.
— слышу вдруг.
И сразу понимаю, что меня эта новость не пугает. Мне неприятно их видеть, но страха нет. И есть для этого причина. Она сидит рядом со мной и везёт меня к себе домой. За пару дней Тимофей стал мне и защитником, и помощником, и тем, на кого можно опереться.
Это не отменяет того, что он фактически шантажировал меня, чтобы я согласилась на договор, но это с лихвой перекрывается его заботой.
