— пауза. — И семья Мирослава уже не поможет нам. Банкротство вполне реально. — отец уставился на меня мутными глазами. — Ты причина всего этого.
Меня не удивило, что вину за все возложили на меня, а отец, к тому же, говорил словами жены. Она так настойчиво твердила ему о моих проступках, что он и не видел правды. Или не хотел видеть. Я все это понимала, но слезы все равно были уже рядом, а от попыток их сдержать, у меня даже горечь во рту появилась. После смерти мамы все горько стало, все в этом доме было с этим привкусом.
Но теперь я взрослая, работаю и пора уйти из этого места, где горько всё. Ключи от дома матери у меня уже в кармане. Моя маленькая машинка у ворот, её я могу забрать спокойно — это подарок дяди Миши, брата отца на окончание университета.
— Пап, мне пора. — разворачиваюсь к двери.
— Ты так легко ее отпустишь? — а вот и Катерина не выдержала.
Отец сидит с закрытыми глазами и молчит.
— Григорий, нужно проверить, что она с собой в чемоданы напихала! — мачеха сверкает глазами в мою сторону.
Это она зря при отце сказала, он хоть и зол на меня, но трясти вещи дочери ему и в голову не придет.
— Катя, ты чего? — отец открыл глаза.
Катерина заулыбалась, пытаясь замять свой неожиданный порыв, но остановить свою злобу не смогла.
— Ну, Григорий, девочка едет жить отдельно и могла польститься на что-то.
Я не выдержала.
— Это дом моей матери, а ты живёшь в нем. Притащила сюда и свою великовозрастную дочь. Ты носишь драгоценности моей матери, пользуешься ее мужем, как источником дохода для всех своих родственников.
Что тебе ещё нужно? Чтобы я ушла? Так я ухожу! — пытаюсь не сорваться на крик. — Единственное хорошее от тебя — Женька, но я полагаю, ты и её сделаешь своим подобием.
Быстро шагаю по коридору прочь от этих двоих, нужно торопиться, иначе ехать буду совсем глубокой ночью. За спиной слышу возгласы отца и резкий голос мачехи. В какой-то момент мне показалось, что отец зовёт меня, я даже приостановилась, но ничего, кроме мачехиных причитаний не услышала.
Пока никто мне не помешал, я быстро перетаскиваю вещи в машину и уже почти сажусь за руль, но в последний момент останавливаюсь и смотрю на дом. В горле ком от обиды и бессилия. Мой любимый дом, где я родилась и была счастлива, стал местом, где мне очень плохо. Этот дом мама строила вместе с отцом, все сама планировала, думала, что делает всё это для семьи, для своих детей, а оказалось…
Делаю шаг вперёд и решительно сажусь за руль и завожу мотор.
