— Почему? — прошептала я.
— Что почему? — глумливо хихикнул Карл. — Потому что хуже Чудовища никого нет. Ты не из гарема. Откуда тогда такая сладкая свалилась?
— Почему вы это сделали? Зачем усыпляете стражей?!
— Чтобы вернуть… и вернуться, — ответил Тони.
— Куда вернуться?! Чего вы этим добиваетесь? Для чего?!
— Столько вопросов, — Карл схватил меня за руку и рванул на себя. — А поцеловать сперва? Или ты, после Чудовища, привыкла пожёстче? Тогда тебе точно понравится, сладкая, — прошептал он мне на ухо, обдавая шею несвежим дыханием.
Я оказалась на полу. Чувствовала, как грубые толстые пальцы возятся со шнуровкой на платье, и настолько не верила в происходящее, что даже не пробовала сопротивляться. Взгляд замер на безжизненно лежащем Ливае. Господи, у него же руки порезаны, он истекает кровью!
Муж по-прежнему волновал меня больше, чем я сама. Шнуровка не поддавалась. Отчасти поэтому я не сразу осознала, что сейчас будет. Только когда Карл коснулся кожи на ноге, задирая юбку, я вскрикнула и дёрнулась.
— Отвали!"
"Не знаю, каким чудом я освободила руку, но тут же вцепилась ногтями в рожу ублюдка. Наращивание выдержало, оставляя на коже глубокие царапины.
— Ах, ты ж…! — Мерзавец отпрянул и с размаху ударил меня по лицу.
В комнате на миг потемнело, а в ушах стоял гул. Моргнув, я не сразу осознала, что вижу перед собой.
Стены не было. Вообще.
В образовавшийся проём заглядывал здоровенный монстр с крестообразной пастью. Один из ветвистых щупалец обернулся вокруг шеи Пола и вытянул его наружу, оставляя дёргаться в воздухе.
Ритуальный нож выпал из руки, так что мужчина бессмысленно царапал жгутик ногтями. Карл пытался выхватить меч, пока поднимался, но другой жгутик будто копьё пробило его грудь, обрызгав стену. Карл удивлённо опустил голову, не веря, что это случилось, а после чудище отбросило его к стене. Тони пытался сбежать, но поскользнулся. Третий жгут, обернув шею, вынес его из помещения, как и Пола.
Вскочив, я бросилась к Ливаю. Его человеческому телу. Вспоминая дурацкие фильмы, рванула подол платья, благо слоёв у юбки целых три, и обзавелась подобием бинтов.
Как достать дым я не знаю, но остановить кровь могу. Должна! Проклятье.
— Ливай… Ливай… — повторяла я. — Господи, Ливай. Нет…
Пожиратель втянул хоботки и закрыл пасть. До сих пор не знаю, как он видит и воспринимает мир, да и неважно сейчас. Жуткая морда выглядела отстранённой. Какое бы тело ни занял Ливай, он остаётся собой. И слишком тихий для такой громадины.
