Нет его и сейчас. Зато есть… Вера."
"Вдали, среди густой зелени деревьев, наконец-то, различаю небольшой деревянный домик с уютной, жилой мансардой. Невольно вдавливаю газ в пол, но, опомнившись, убираю ногу с педали. На ощупь нахожу телефон на приборной панели – и не глядя набираю номер, который на протяжении последней недели постоянно у меня в быстром доступе.
- Воскресенский! – командный женский голос из динамика заставляет меня поморщиться. Какая же она невыносимая. - Если ты звонишь сказать, что опять не приедешь…
- Вера, - перебиваю с улыбкой.
– Видеозвонок включи.
- За неделю ни разу не появился, Кость, - отчитывает меня, но просьбу выполняет. – Как привез нас сюда, так и пропал. А девочки спрашивают о тебе все время.
Из динамика доносятся шорохи и шум, и я, покосившись на дисплей, некоторое время гипнотизирую изображение. На экране мелькают яркие пятна, и позже я понимаю, что это ткань платья. Отвлекаюсь от дороги, когда камера скользит от груди к шее, поднимается к лицу. И через секунду на меня устремляет недовольный взгляд грозная Вера.
Сдувает кудряшки со лба, но они возвращаются, когда она наклоняется к телефону.
- Занят был. Лапочек позовешь? – не приказываю и даже не спрашиваю. Скорее, умоляю. В гневе рыжая фурия страшна и опасна – может вообще отключиться без предупреждения. И самое главное, малышки примут ее сторону. Я в меньшинстве в собственной семье и стремительно теряю право голоса. Стоило лишь отлучиться на недельку!
- Ты в машине? – прищуривается с подозрением.
– Очень надеюсь, что ты направляешься к нам. Иначе пиши завещание, адвокат, - бросает с издевкой и заметно смягчается. Запрокинув голову, зовет совсем другим тоном, ласковым и нежным: - Зайки, смотрите, кто звонит.
По обрывкам интерьера, дощатому потолку, деревянным окнам и картинам на стенах - я понимаю, что Вера сейчас на первом этаже дома, в гостиной. А с мансарды по лестнице, судя по топоту ножек и радостным визгам, к ней мчатся Маша и Ксюша. Вера передает девочкам трубку как раз в тот момент, когда я въезжаю на территорию и паркуюсь возле дачи.
- Папа? Папа! Папулька, - наперебой выкрикивают Маша и Ксюша, забирая друг у друга телефон.
- Да, мои любимые.
Изображение трясется, а я, смеясь, выхожу из машины и открываю багажник. Ловлю свободной рукой связку гелиевых воздушных шаров, придерживаю их, проверяя подарки и мягкие игрушки. Все в целости и сохранности, не растрепалось по дороге.
- Дай папу! – спорят дочки. – Ты дай.
