Скорее всего, папа находился в состоянии нервного возбуждения и был немного не в себе, так как из-за травмы головы снова окунулся в ужас вьетнамских джунглей, где ему надо было сражаться, чтобы выжить. Ведь в течение многих лет он только этим и занимался.
— Значит, ты все-таки прочла ранние дневники.
— Да, — просто ответила Джози. В ее глазах сейчас отражалась та же безмерная печаль, какую Нитро заметил, застав девушку за чтением редких беспорядочных записей ее отца: — Он стал свидетелем таких ужасных зверств.
— И был полон решимости оградить вас с матерью от тех испытаний, что выпали на долю женщин и детей во Вьетнаме.
— Мама отказалась изучать приемы защиты. Родители не раз ссорились из-за этого. Отец даже был против того, чтобы она забеременела. И по этому поводу они тоже ссорились…
— Он хотел тебя, Джозетта.
— Да, теперь я знаю. Он просто не желал приводить свое дитя в мир, полный звериной жестокости, с которой сталкивался каждый день.
— Я думаю, Тайлер изменил свое мнение, как только стал отцом.
— Но сделал все, что было в его власти, чтобы обезопасить мою жизнь. И пытался достичь этого единственным доступным ему способом.
— Готовя тебя к военной службе?
— Да. Мама не разрешала по-настоящему тренировать меня, пока была жива.
— И он очень тяжело воспринимал это, Джози.
— Думаешь, из-за того, что чувствовал себя таким же беспомощным, как порой во Вьетнаме?
— Да.
— И все-таки у моих родителей был хороший брак.
— Знаешь, хотя твой отец и параноик, но далеко не дурак.
— Это точно. И он очень любил маму.
— И тебя.
— Я знаю — всегда знала — но сейчас мое прошлое приобрело особый смысл.
На самом деле, отец тренировал ее не для того, чтобы она пошла по его стопам и стала кадровым военным. И, конечно же, не считал Джози менее женственной, чем другие девочки, и уж точно не хотел сына вместо дочери, как она всегда думала. Оказывается, Джози просто значила для него даже больше, чем спокойствие его семейной жизни.
— Спасибо, что убедил меня прочесть дневники.
— Я только помог тебе исполнить желание Тайлера. Вспомни, ведь он сам просил об этом. Ты самое главное в его жизни, и даже важнее поиска каких-то преступников.
Джози никогда не сомневалась в любви отца, но, только прочитав дневники, поняла, что со смертью матери стала центром его вселенной. А раньше они с мамой делили эту участь на двоих.
