Он проделал это и с другой ее щекой, нежно целуя, словно драгоценную святыню, пока не добрался до соленого источника.
— Мне это нравится, — сладко вздохнув, прошептала она, обмякнув от его искусных ласк.
— Так почему ты плакала?
— Откуда мне знать? Я никогда не делала этого прежде. Это ты у нас эксперт, — раздраженная тем, что он прервал поцелуй, жалобно протянула Джози. Кого вообще заботило, почему у нее по щекам бежали ручейки слез? — Но это не из-за того, что мне было плохо, понятно?
Она изо всех сил сжала мышцы бедер и почувствовала, как его большое мощное тело содрогнулось.
Хищно взглянув на нее, он с тихой угрозой произнес:
— Не делай этого.
— Почему же нет? — лукаво усмехнулась Джози, ей это все нравилось все больше и больше.
— Я едва сдерживаюсь, чтобы не взять тебя прямо здесь и сейчас.
— Взять меня где? — осмыслив его слова, она простодушно произнесла. — О… Тогда ладно.
В ее голове плыл сладкий дурман, и девушку мало заботило, где они займутся любовью; единственное, чего она хотела, так это чувствовать его абсолютно нагое великолепное тело рядом с собой.
Его хриплый, лающий смех удивил ее.
— Мы сейчас в самом центре парка, Джозетта. А я не эксгибиционист, и уверен ты тоже.
Она осмотрелась вокруг себя, ее взгляд, наконец, обрел осмысленность. Утиное семейство, не спеша, проковыляло по берегу пруда. Островок зеленой лужайки отделял их от детской площадки с играющей малышней, а впереди них на дорожке появился бегун.
— Ой, мамочки, — пискнула она придушенно, потом, распрямив ноги, безуспешно попыталась достать ими до земли.
— Гм, Даниэль…
— Что? — Его взгляд снова стал хищным.
— Ты должен поставить меня обратно.
Как только он это сделал, девушка поспешно отступила назад, испытывая потребность оказаться подальше от его тела, красивого, как у юного Адониса.[20] Но ноги отказались ее слушаться и она, покачнувшись, со всего маху шлепнулась на задницу.
Даниэль снова рассмеялся, и на сей раз, она разозлилась.
Это все была его вина. Он был опытнее.
Это он ее соблазнил и вверг в это публичное распутство своими умелыми губами и сексуальным телом да еще имел наглость смеяться над ней.
Джози, выбросив ногу вперед, сделала подсечку и точным ударом сбила его на землю, правда теперь они снова оказались в опасной близости друг от друга. Но его смех от этого стал еще заразительнее, лукавство плескалось в его карих глазах, что полностью ее обезоружило. Девушка никогда не видела Нитро таким беззаботным.
