— Может, тебе стоило сказать об этом врачам прежде, чем они вкатили ей лошадиную дозу снотворного?
— Я говорил, но они заверили меня, что для успешного проведения операции меньшая дозировка, к сожалению, невозможна.
— Тогда почему они ничего не делают, чтобы она пришла в себя?
— Говорят, нет необходимости. Сон для скорейшего выздоровления — лучшее лекарство.
— Если бы это был обычный сон, я бы и слова не сказал.
— Обычный он или нет, но в любом случае под ваше непрерывное брюзжание поспать мне, как видно, больше не удастся, — просипела Джози, отметив про себя, что, хотя голос звучал слабо и хрипло, изъяснялась она довольно связно.
Ну, и на том спасибо.
В то же мгновение девушка ощутила, как сильные пальцы коснулись ее лица в мимолетной ласке. Даниэль. Его прикосновение она узнала бы из тысячи.
— Как ты себя чувствуешь, малыш?
Она попыталась было оглядеться, но веки словно налились свинцом и совершенно не желали подниматься. Когда же она, справившись со слабостью, открыла глаза, то пару минут, пока зрение не сфокусировалось, Даниэль представлялся ей одним огромным размытым пятном, но потом Джози все же удалось поймать внимательный взгляд любимых глаз.
— Какая-то жуткая слабость и оцепенение.
— Это просто наркоз отходит.
— Что с моей ногой?
— Ничего страшного. Пуля прошла навылет, повредив мягкие ткани. Ни одна важная артерия или кость не задеты. Обещают, что ты придешь в норму примерно через шесть недель или даже раньше.
В глазах Джози черты Даниэля постепенно обретали резкость.
Похоже, он пытался хоть как-то оттереть лицо, но в области виска и на скуле все еще были видны следы от черных полос маскировочной раскраски. Это навело ее на мысль о собственном внешнем виде. Правда, по здравом размышлении, она решила, что вряд ли выглядит намного лучше него.
— Пойду-ка я скажу врачу, что она очнулась, — внезапно сказал отец и вышел из палаты.
— Операция? — спросила Джози.
— Порядок. Хотвайр получил то, что нам было нужно.
Пленных и добытые улики передали агентам ФБР два часа назад. Власти планируют захватить базу в ближайшее время.
— Хорошо, — прохрипела Джози и поморщилась. — Ужасно пить хочется…
Даниэль взял чашку и вставил между губами девушки соломинку, после чего Джози стала с наслаждением потягивать освежающую прохладную воду. Когда она напилась, мужчина убрал чашку и обосновался на краю больничной кровати, подальше от раненой ноги.
