Джози бросила взгляд на Даниэля, который в это время мощными плавными движениями взрезал водную гладь, невольно залюбовавшись красивым сильным телом с перекатывающимися под смуглой кожей мускулами:
— Я очень надеюсь на это.
— Даже не сомневайся. Он же жуткий собственник.
— Как и большинство самцов, он ревностно охраняет свою территорию от любых посягательств, но это вовсе не означает того, что его сердце занято, — тихо ответила Джози.
Когда этим утром Даниэль разбудил ее нежным поцелуем, вызвав у девушки сладкую истому, от которой у нее поджались пальчики на ногах, она снова призналась ему в любви.
Даниэль же в ответ одарил ее еще одним страстным поцелуем, но опять не проронил ни слова.
— Только вот Даниэль не безмозглая тварь, подчиняющаяся животным инстинктам, а надежный верный мужчина. И вот не сойти мне с этого места, моя милая, если сердце этого замечательного парня не бьется лишь ради тебя одной, — решительно возразила Лиз, сейчас в ее голосе слышались явные нотки протяжного техасского выговора.
— Ты, в самом деле, так думаешь? — с надеждой спросила Джози, полагавшая, что упорное молчание Даниэля означало не более чем проявление терпимости к ее чувствам. — Хотя…Представляешь, тут у меня на днях как раз начались месячные, и он отнесся ко мне с удивительной нежностью и чуткостью."
"— Ну, вот видишь. Это отличный знак.
— Я тоже так сначала подумала, а когда призналась ему в любви, он ничего мне не ответил.
— О! Добро пожаловать в клуб, — кисло усмехнулась Лиз и пояснила: — У меня тоже так было.
Я признавалась Джошуа в любви, а он в ответ ни словечка. Поначалу я даже решила, что нужна ему лишь для постели, но, как потом оказалось, была в корне не права. Так что — уверена — и с тобой та же ситуация. К тому же ты, как ни одна другая женщина, должна понимать, насколько закрыты эти парни, насколько тщательно они скрывают ото всех даже малейшее проявление слабости, включая и любовь.
— Но любовь не делает нас слабыми.
— Верно, но она делает наше сердце слишком уязвимым, — мягко возразила Лиз и ободряюще улыбнулась.
Джози не могла этого отрицать. Осознав свои чувства, она оказалась совершенно беззащитна перед Даниэлем. Влюбившись, Джози полностью раскрыла перед ним свое сердце, чего не делала ни для кого другого, даже для родителей.
— И о чем же вы тут так увлеченно беседуете? — произнес, выросший словно из-под земли, Вулф.
