Правда, Джози была полна решимости перелопатить хоть все телефонные книги каждого крупного округа в США, только бы это помогло отыскать отца.
Проверив электронную почту, Джози увидела, что ей поступило сообщение, посланное автоматической системой рассылки одной из тех баз данных, куда она отправляла запросы. В нем говорилось о сделке с недвижимостью, которая была проведена пять лет назад в пустынном районе Невады, на имя Эндрю Тэйлора — сослуживца отца по Вьетнаму. Этот мужчина, согласно дневникам, был мертв уже почти десять лет.
Окрыленная успехом, девушка задала новые параметры поиска, ограничившись на этот раз конкретным именем и местностью, прилегающей к району, указанному в письме, и получила еще кое-какие любопытные сведения.
Джози аккуратно переписала полученную информацию, и впервые с тех пор, как отец исчез из больничной палаты, вздохнула с облегчением, даже несмотря на то, что его память по-прежнему оставалась для нее под вопросом.
— Мне тридцать два.
Джози так увлеклась, что даже вздрогнула, услышав голос Даниэля позади себя.
Она крутанулась на стуле, ее пульс участился:
— Что?
Мужчина стоял, скрестив руки на груди и небрежно привалившись к дверному косяку, а его иссиня-черные волосы подчеркивали мужественные черты лица.
— Мне тридцать два года, — повторил Даниэль.
— А мне двадцать шесть. И что дальше?
— А то, что все остальные уверены, что мне уже тридцать четыре.
— Все?
— Да, кроме старшины Корделла.
— Почему?
— Потому что именно так я всем и сказал.
— О?!
Это она сошла с ума или он? Большинство людей врали о возрасте, чтобы прослыть моложе, чем были на самом деле, но уж никак не старше.
"
"— Я завербовался в армию, как только мне исполнилось шестнадцать, поэтому, чтобы меня взяли, пришлось солгать. И, в отличие от тебя, я мастерски лгу. У меня большая практика.
Джози была не вполне уверена, что правильно понимает его слова:
— Но твое свидетельство о рождении…
— Подделка.
— Я так полагаю, ты хочешь мне что-то сказать, но не совсем понимаю, что именно.
Каждая черточка лица Даниэля буквально источала дикое напряжение, которое ему удавалось пока держать под контролем.
— Я сбежал из дома в шестнадцать лет, потому что отец избивал меня всякий раз, когда приходил в ярость. Выпивка делала его особенно жестоким, а пил он все больше и больше.
Даниэль как-то сказал, что его мать умерла. Может, отец топил свое горе в вине. Некоторые мужчины так поступали.
— Твоя мама тогда уже умерла?
— Нет. Но сбежал я из-за нее.
