Она его правильно расслышала? Поскольку, если правильно, то ничто из сказанного или сделанного им ранее не имело смысла. Наверно, Даниэль просто говорил о ее женской притягательности для него в сексуальном смысле. Она пахла всем, чем могла или должна была пахнуть женщина в его постели.
Она не позволит себе обманываться мечтами о том, что его слова могли быть чем-то большим. Не в этот раз.
* * *Даниэль, целиком поглощенный мыслями о Джози, приготовил кофе и налил себе чашку, чтобы хоть немного успокоиться, прежде чем расположился за обеденным столом и приступил к просмотру распечаток, как ему и было предложено.
На душе было тяжело, но Даниэль все-таки пытался сконцентрироваться. Он снова причинил Джози боль, а это, черт возьми, было последним, чего он хотел. Когда она сказала, что ощущает себя с ним в безопасности, он почувствовал себя так, словно его кишки пропустили через шредер. Из всего того, в чем она могла положиться на него, из всего того, что в его власти было ей предложить, безопасность стояла на самом последнем месте.
Даниэль совершенно не заслуживал того, чтобы женщина доверила ему свою жизнь.
Его собственная мать познала это на своем горьком опыте, попутно преподав и ему незабываемые уроки.
Но Джози он этого никогда не рассказывал. Он просто сказал ей не принимать его в расчет, строя планы на будущее, словно она совсем ничего не значила для него, что и близко не походило на правду. Он не был честен с нею, а она заслуживала гораздо большего, чем его отговорки. На самом деле, Даниэль, конечно же, солгал ей, сказав, что она не имеет никакого отношения к принятому им решению помочь ей найти Тайлера и тех, кто пытался его убить.
В отличие от Джози, которая как-то призналась ему, что совсем не умеет врать, у Даниэля в этом деле был богатый опыт. Все началось еще в детстве, когда в школе он объяснял постоянно возникавшие синяки на своем худеньком тельце, как результат частых мальчишеских потасовок или собственной неуклюжести. Он был настолько изобретателен, что учителя так никогда и не заподозрили, что человек, который привел его в этот мир, имел привычку в пьяном угаре жестоко избивать свою красавицу-жену и маленького сына.
Даниэль уже весь изолгался к тому времени, когда в шестнадцать решился подделать свое свидетельство о рождении, чтобы его взяли в армию. Хотя размерами он тогда уже не уступал взрослому мужчине, своей недисциплинированностью и неподготовленностью к воинской службе походил на малое дитя.
