— Я просто говорю, что у тебя с отцом много общего.
— Никогда этого не отрицала, но я и не его точная копия.
Мужчина только плотнее сжал челюсти, отчего его лицо приобрело мрачное выражение:
— Не в нашей власти решать, как много родительских черт характера мы унаследуем.
— Вот. — Клер положила на столешницу завернутые в фольгу плоды своих недавних трудов, прервав тем самым дуэль взглядов между Джози и Даниэлем. — Масло намазано, теперь осталось запечь хлеб в духовке, но на себя я ответственность за это не возьму.
Джози рассмеялась и подвинулась, давая подруге возможность подойти к холодильнику и убрать масло. Это движение привело к тому, что она соприкоснулась с Даниэлем. Тот быстро отступил в сторону и молча покинул кухню. Девушка смотрела ему вслед и почему-то чувствовала себя брошенной.
Она решила выкинуть из головы странное поведение Даниэля, заставлявшее ее мысли бесцельно блуждать по кругу, и повернулась к Клер:
— Теперь ты вряд ли позволишь хлебу подгореть, ведь компьютера, который раньше тебя постоянно отвлекал, больше нет.
Улыбка Клер увяла, и она вздохнула:
— И, вероятно, не будет еще какое-то время.
— Конечно, будет. Пункт об ограблении входит в мою страховку. Я займу тебе денег на покупку нового ноутбука, пока все не уладится со страховыми выплатами.
— Ты, действительно, не веришь, что мы вернем свои вещи?
Джози вздохнула:
— Нет. Не верю. Даже если мы найдем преступников, не думаю, что они окажутся идиотами или им хватит наглости оставить у себя важные улики, чтобы на них же и погореть.
Клер, ничего не ответив, захлопнула дверцу холодильника и обошла Джози, чтобы расставить на столе тарелки.
— Накрой и на Хотвайра. Думаю, он поспеет как раз к обеду.
— Хорошо.
Парадная дверь внезапно хлопнула, и Джози с Клер переглянулись:
— Что это сегодня с Нитро? — спросила Клер.
— Сожалею, но мне сие неизвестно, — ответила девушка, надеясь, что он так себя ведет не из-за намерения положить конец их недавно обретенной близости.
Джози не имела представления, как поступит, если Даниэль решит вернуться к прежним безликим товарищеским отношениям.
Тогда, скорее всего, ей придется в лучших традициях демона-суккуба, которым он ее как-то окрестил, глухой ночью пробраться к нему под одеяло и коварно соблазнить. Даниэль стал ей до такой степени необходим, что, даже поверив, что его влечение к ней угасло, девушка решилась бы заполучить полусонного и не способного к сопротивлению Даниэля. Теперь она считала такие меры вполне приемлемыми.
