Монстр только и может, что рычать, крушить все вокруг да пожирать мясо. Ничего другого он не ест.
– Значит, он не сможет разболтать ваши секреты, если на него вдруг наткнутся следователи из Департамента безопасности? Это радует. Но в ваших интересах отыскать его раньше.
– И убить? – спросил Яков.
– Ну уж нет! Мы столько времени и средств потратили на создание этих экспериментальных монстров! Брать только живым. Вернете его в клетку, и пусть профессор Штерн продолжает свою работу. И вот еще что…
– Да? – с готовностью произнес Каменецкий.
– Если ты упустишь эту тварь, – президент корпорации выдержал паузу, – я посоветую Штерну сделать «Гидеона-3» из тебя самого.
На том конце провода Яков лишился дара речи. Эдуард Кривоносов довольно усмехнулся и положил трубку.
Президент «Экстрополиса» славился своей способностью сохранять хладнокровие в самых экстремальных ситуациях, но никто и не догадывался, каких дьявольских усилий ему это стоило.
Ни на кого нельзя положиться! Он столько сил прикладывает, чтобы легавые наконец отстали от «Экстрополиса».
Штаб-квартира кишмя кишит полицией, хорошо еще, что следователи понятия не имеют о существовании некоторых дочерних фирм. Зато работники этих секретных предприятий не устают преподносить неприятные сюрпризы. Да еще родной сынок, будь он неладен, подрался вчера в школе и разбил какое-то стекло. Как будто мало ему других проблем!
Дверь кабинета отворилась, и в кабинет вошла Луиза. При виде жены Эдуард побледнел от ярости. Он много раз просил ее стучать, прежде чем войти, но она попросту игнорировала его просьбы.
Луиза выглядела превосходно, ее личный визажист не зря получал такую большую зарплату. Умело наложенная косметика скрывала преждевременные морщинки и темные круги под глазами. Она выпивала и не делала из этого большого секрета. Все окружающие знали, что Луиза любит иногда пригубить дорогого красного вина. Эдуард неоднократно ругался с ней из-за этого, но она и не думала избавляться от своей пагубной привычки."
"– Это все ты виноват! – кричала она ему во время ссор.
– Ты и твое равнодушие сделали меня такой! Твой проклятый бизнес, твоя занятость! Я целыми днями сижу дома одна. По крайней мере, когда я выпью, мне не так одиноко!
Занималась бы лучше сыном! Аркадий вырос настоящим оболтусом, ленивым и слабохарактерным, весь в мать. Эдуард недолюбливал собственного сына. Когда-нибудь ему предстояло унаследовать корпорацию. Но, глядя на сына, Эдуард сильно сомневался, что тот станет достойным преемником.
