Возле двери запах крови усилился. Антон приложил ладонь к замочной скважине и отодвинул защелку. Затем ногой толкнул дверь.
Внутри было очень темно. Но кто-то, заметив его присутствие, начал яростно ворочаться и громко мычать. У Антона волосы встали дыбом от страха. Трясущейся рукой он нащупал на стене выключатель и ударил по нему. Кладовку мгновенно залило светом.
В помещении примерно полтора на два метра стояло тяжелое деревянное кресло. На нем сидела девушка в домашнем халатике, покрытом пятнами засохшей крови. Ее руки и ноги были прикручены к подлокотникам и ножкам кресла толстой стальной проволокой, которая впилась глубоко в кожу.
Голову пленницы покрывал плотный холщовый мешок черного цвета. Позади кресла торчала стойка капельницы, на полу валялись пустые пакеты от физраствора, окровавленные трубки. Пленница дергалась в своих путах и мычала, но тяжелое кресло даже не двигалось.
Антон, все больше холодея, протянул руку и рывком сдернул мешок с ее головы. Грязные темные волосы рассыпались по плечам.
– Татьяна?! – в ужасе выдохнул Антон.
Рот девушки был залеплен широкой полосой клейкой ленты. От света она крепко зажмурилась, но, услышав его голос, распахнула глаза. И разрыдалась, не в силах сдерживаться. Антон сорвал ленту с ее губ, и она вскрикнула от боли.
– Господи, это ты! Как хорошо, что ты пришел!
– Ты… Кто сделал это с тобой?! – Антон подскочил к креслу и попытался освободить девушку от проволоки. Но голыми руками ему это не удалось.
– Эта тварь… Инга… Она пришла ко мне несколько дней назад и набросилась на меня! Очнулась я уже здесь… Она каждый день пила мою кровь.
– Татьяна снова разрыдалась. – Она говорила, что это ее лекарство!!! Что ей повезло, что я так быстро восстанавливаюсь! Она… Она… Как же я ненавижу ее!!! Как же я тебе рада!!!
– Постой! – Антон даже опешил. – Так это она?! Все это время… Она копирует тебя, ходит вместо тебя на работу! Теперь мне все понятно. Чтобы никто не заметил твоего исчезновения!
– Освободи меня, пожалуйста! Я больше не могу… Эта проволока очень туго затянута.
Она мне до костей ноги прорезала!
Антон напрягся, пытаясь раскрутить проволоку усилием воли, но она не поддавалась.
– Не магнитится, – догадался он. – В твоем доме есть кусачки?
Татьяна покачала головой.
– Я не знаю, – выдохнула она. – Мы хранили все инструменты здесь, в кладовке, но она выбросила отсюда все, чтобы освободить место для кресла!"
"Антон выбежал из кладовки и включил в коридоре свет. Затем зажег лампы по всей квартире.
