Я снова поражаюсь реакции наемников. Такое впечатление, словно они знают этого мужчину и… опасаются его? Высокий худощавый тип. Он не внушает особой угрозы. Или первое впечатление обманчиво?
- Пришел черед всем вернуться к учебе, - говорит Харитонов. – Ваша миссия окончена, госпожа Орлова. Дальнейшие инструкции получите от ректора. Разумеется, если в них возникнет необходимость.
- Я должна…
- Вы отправляетесь в «Клетку», - тонкие губы Харитонова трогает слабая улыбка, а в следующий момент он отворачивается и окидывает взглядом остальных ребят.
– И все остальные следуют вашему примеру.
Мужчина отходит.
- Разве у ректора есть такой советник? – спрашиваю Захара. – Впервые вижу этого человека. Почему все его боятся? Кто он такой?
- Рядовой ублюдок, - холодно отвечает парень. – Урод, за которого вышла замуж моя мать после гибели отца.
Глава 17
Все происходит настолько стремительно, что до меня с опозданием доходит самая суть. Плевать на интриги, тайны прошлого и всякие секретные расследования. Я возвращаюсь в «Клетку».
В самое пекло. Туда, где прежде почти погибла. Туда, где моя жизнь разделилась надвое. Я опять должна подчиняться дурацким правилам. Играть отведенную мне роль без лишних вопросов.
Но вообще, если я потеряла прикрытие, если моя легенда разрушена и нет никакой необходимости изображать Радославу, то я могу увидеть родных, снова общаться со своей семьей.
Я в опасности. Под угрозой. А мои родители? Сестренка? Герман Громов утверждал, их тоже захотят уничтожить. Однако четкой уверенности тут быть не может, ведь неизвестно, кто именно хотел устранить меня, как будет действовать дальше.
Все размыто. Здесь ноль ясности. Ничего не закончилось. Все только начинается.
- Прикольный ход, - голос Джокера отвлекает от размышлений.
- Прости?
- Ты круто приложила главаря магистров, - поясняет парень. – Круто появилась. Прямо как в кино. Бедняга там чуть не обделался. А дальше ты вообще добила его рассказами насчет задания от ректора.
- Ты считаешь мой поступок идиотским, - нервно улыбаюсь.
– И ты прав. Я должна была сбежать, послушаться Захара, но черт, я не могла иначе. Я как посмотрела на стычку по камерам, так и поняла: уйти не смогу.
- Ничего, - он хлопает меня ладонью по плечу. – Бывает. Каждый из нас хоть раз поступал как дебил. Только на будущее – пожалей Захара. Ты же не гребаный камикадзе. Не надо таких подвигов.
- Я понимаю.
- Ты не видела, каким он был без тебя, - мрачнеет Артем. – А я видел. Повторения не хочу.
