- Да, - нервно посмеиваюсь. – Но я о плохом. Мы все выяснили, со всем разобрались и теперь можно двигаться дальше.
- Нет, - тихо бросает парень в ответ.
Захар продолжает улыбаться. Слабо, едва заметно, уголками губ. А мою грудь вдруг сводит болезненный спазм. Дикое напряжение разливается внутри, пронизывает тело за секунду. Глаза наполняются слезами, горло сдавливает точно в тисках.
Накрывает на пустом месте. Без повода. Без причины.
Все хорошо. Все самое худшее позади. Или нет?
Резко темнеет. Грозовые тучи за долю секунды застилают небо.
Холодает. Мороз пробегает по коже. Меня колотит, и кажется, будто температура падает до нуля.
Захар припечатывается губами к моему взмокшему лбу. Не целует, просто касается. А дальше его голос звучит в моих мыслях. Четко. Отрывисто.
- Все будет хорошо, малышка. А если вдруг нет, то это просто еще не конец. Ты только верь мне. И верь в меня. Вывезу. Вытяну. Я за тебя любого в клочья порву. Никогда не отступлю. Не сдамся. Я всегда рядом. Охраняю твое дыхание.
Я открываю рот, но ничего не могу сказать.
Панический ужас затапливает изнутри. Охватывает сознание в мгновение ока. Цепенею. Замерзаю. Застываю как будто парализованная. Проваливаюсь во тьму, ныряю под лед.
Я так хочу закричать. Позвать его. Безотчетно. На уровне глубинных рефлексов. Я теряюсь в мрачном лабиринте.
Пульс сходит с ума. Толчки крови врезают по вискам. Оглушают, сокрушают. Я сбрасываю оковы. Вздрагиваю всем телом, шумно втягиваю воздух.
Просыпаюсь.
Я в полутемной комнате. Нет здесь ни океана, ни солнечного побережья.
Глухая тишина.
- Захар, - шепчу и подаюсь вперед.
Мышцы сводит судорога. Руки и ноги затекают от долгого пребывания в жестком неудобном кресле. Я сама не заметила, как отключилась и провалилась в сон, а теперь мускулы буквально свело мучительным спазмом. Инстинктивно пытаюсь потянуться, размяться. Но вообще, я почти не замечаю боль, мысли о другом.
Я впиваюсь взглядом в бледное лицо Захара. Даже в скупом освещении палаты я понимаю, что ничего не изменилось. Парень лежит на кушетке.
Без малейшего движения. Его поза никак не поменялась. Я это моментально улавливаю. Сердце гулко ударяется о ребра, горечь разъедает кислотой, выжигает внутренности.
Плохо помню, что происходило после расправы над «Ангелами Ада». Хотя разве есть разница? Наплевать. Не важно. Главное, что тогда Захар отключился и до сих пор не пришел в себя. Парня доставили в лазарет, оказали необходимую медицинскую помощь, но его состояние все еще остается тяжелым.
