Любой ужас отступает, трусливо жмется в углу. Я верю Захару. Четко знаю: он всегда будет рядом. Защитит.
+++
Я прихожу в себя постепенно. Медленно выныриваю на поверхность. Сбрасываю сонные оковы. Не сразу осознаю, где нахожусь. Разум проясняется, выходит из густого морока.
- Где мы? – роняю чуть слышно, едва двигаю губами. – Что происходит?
Я открываю глаза и сталкиваюсь с горящим взглядом Захара. Парень держит меня в руках, заключает в объятия, склоняется и твердо выдает на ухо:
- Вывезу.
До нас доносится гулкий звук.
Будто кто-то ударяет в гонг. Против воли дергаюсь, а после оглядываюсь по сторонам.
Захар сидит на каменном полу, придерживает меня за талию. Вокруг нас множество магистров. Все в масках, в мантиях. Кроме одного. Он ступает вперед и ухмыляется.
Шеров. Сомнений не возникает. Раньше я видела его рядом с Главным, тогда, при объявлении грядущих соревнований на Арене.
- Твоя спящая красавица очнулась, Захар.
Отовсюду слышатся смешки. Мороз разливается под кожей. Если бы не массивные ладони, властно удерживающие мое тело, я бы истошно заорала.
Паника накатывает волнами. Накрывает. И отступает. Мне не страшно. Не страшно. Я не покажу никому из этих ублюдков свою слабость. Пусть подавятся своими ожиданиями. Не важно, какие мерзости они задумали, мы справимся, вырвемся отсюда и одержим победу.
Вокруг царит полумрак. Я пытаюсь понять, где мы находимся, чтобы отвлечься от тревоги, взять эмоции под контроль, но это проклятое место ни на что не похоже.
Это не катакомбы под «Клеткой».
Не Арена.
Что же?
- Теперь начнется самое интересное, - издевательски протягивает Шеров. – Твоя инициация. Готов к последнему испытанию, Громов?
Глава 20
Я запрокидываю голову назад, пытаюсь разглядеть потолок. Наталкиваюсь на густую черноту. Ощущение создается такое, будто мы очень глубоко под землей, брошены на дно каменного мешка, и я понимаю, что нечто подобное отлично сочетается с корпусами «Клетки».
Только воздух здесь свежий. Прохладный, но удивительно чистый. Нет никакого намека на затхлость или спертость.
Я озираюсь по сторонам. За спинами магистров виднеются полыхающие факелы. Пламя колышется, будто от порывов ветра.
И черт, да, я же реально ощущаю дуновение. Становится зябко. Даже горячие руки Захара перестают спасать от холода. Кожа вмиг становится гусиной. Вдоль спины пробегают колючие мурашки.
Мы на улице? Где именно? И почему вокруг высоченные стены? Поверхность каменной кладки выщербленная, изъеденная безжалостным временем.
