В прошлом я много девок перепробовал, но пришла Соня и все вокруг перестали существовать. Только ее хотел. К ней нутром тянулся. Остальные исчезли. Как отрезало. Я их тупо не замечал. Наплевать на всех стало. Резко и сразу. Она ушла – и я разлетелся на куски. Сам стал смерть искать. Ввязывался в драки. Топил себя в алкоголе. Только ничего не брало. Бесы отказывались утягивать меня в пекло. Я же и на земле нормально жарился. День за днем. Ночь за ночью. По кругу. Без нее. Хотя о чем я? Она никуда не уходила. Текла по венам, пронизывала жилы, отражалась в каждом толчке крови.
Она была рядом. Просто я не мог ее коснуться. Протягивал ладонь вперед, сжимал пальцы в кулак, но сгребал лишь холодный воздух.
И вот Соня снова здесь. Горячая. Живая. Реальная. Да?
В нее стреляли. Должен был остаться шрам. След. Но ничего нет, даже слабого намека на отметину не обнаруживаю. Бред какой-то. Тупик. Аж злоба берет.
Разве так бывает? Слишком много противоречий. Картина не складывается, фрагменты не стыкуются.
- Пойдем, - говорю и беру ее под руку, увлекаю в сторону океана, туда, где волны бьются о песчаный берег.
Тучи сгущаются над горизонтом. Будет гроза. А под моими ребрами уже штормит. Бешеный раздрай. Я перестаю трезво соображать.
- Вау! Можно взять у тебя автограф?
Неизвестная девка тянет руку ко мне, но в последний момент замирает и отдергивает пальцы.
- Ты же актер, верно? – болтает чушь. – Такая идеальная форма. Ты точно снимаешься в кино. Распишешься тут?
Она выхватывает из сумочки маркер и оттягивает свою кофту вниз.
- Тише, милая, - подружка остужает ее пыл. – Видишь, парень не в духе. И вообще, он явно занят. Не доставай его. Эй, приятель, ты наверняка привык к повышенному вниманию. Будь мой жених хоть наполовину так прокачан, я бы не разрешала ему надевать футболку.
Девки продолжают болтать, но я не слушаю и двигаю дальше, крепче притягиваю Соню.
- Ты меня задушишь, - шипит она.
Я ослабляю хватку.
- Тебе по кайфу плавать? – спрашиваю, глядя на беснующиеся волны.
- А тебе по кайфу расхаживать голым?
Поворачиваюсь и ловлю ее горящий взгляд, изучаю строгое выражение лица.
Останавливаюсь, вглядываюсь в глаза Сони, различаю там отражение грозового неба.
- Ревнуешь? – прищуриваюсь.
Она передергивает плечами, отрицательно мотает головой и с раздражением выдыхает, а потом вдруг успокаивается и ровным тоном меня прикладывает.
- Дурак, - заявляет девчонка. – Зачем ты одежду порвал? Это была моя любимая кофта. И в итоге ты сам теперь голый.
