Уже понятно, что ничего плохого мне не сделают. Надо же, картошка… С мясом, Господи!
Мне в руки вкладывают пластиковую ложку.
Благодарю и начинаю есть.
Боже… Это самое вкусное, что я вообще в своей жизни пробовала!
Мне так хорошо в этот момент, что буквально с трех ложек морит в сон от невероятной сытости.
— Спасибо, еще раз, почему-то шепотом благодарю я, ищу телефон, чтоб набрать Ладе, и не нахожу.
Руки почему-то не слушаются, Но я упорно обшариваю сиденье, гадая, куда он мог завалиться.
Виктор Евгеньевич с переднего сиденья внимательно наблюдает за моими действиями.
Поднимаю голову и ловлю его взгляд.
И ужасаюсь. В нем нет и капли того добродушного участия, что было буквально пару минут назад, когда он предлагал мне термос с едой."
"Нет. Он разглядывает меня, как подопытного зверька, которому уже вкололи смертельную дозу какого-нибудь экспериментального лекарства, и теперь просто фиксируют данные.
Приходит осознание ситуации, но, как всегда в моем случае, поздно.
Телефон я не найду.
И паспорт при мне совсем ненадолго, скорее всего.
В голове мутно, все плывет. Поворачиваюсь, смотрю на проплывающий мимо родной город.
Мне бы закричать, стекло разбить.
Но сил нет. Совершенно.
Я так и отключаюсь, запомнив лишь рыбьи глаза Виктора Евгеньевича, равнодушно изучающего мое испуганное лицо.
3. Полусон-полуявь
Улыбаюсь растерянно, словно со стороны отмечая происходящее со мной. Странное ощущение двойственности.
Может, Это вообще сон? Было бы легче, настолько легче!
Кошмар снится про долг, бандитов и уплывающий за окном родной город.
Можно же заснуть во сне? Вот я и заснула… И проснулась… Тут.
Сознание слоится, двоится, троится… И я тону в этом.
Страшно? Наверно, все же нет.
Просто… Странно.
У меня такое было после пожара, в котором пострадала наша с мамой квартира.
Ощущение того, что я не здесь. Что происходящее игра воображения, и сейчас я проснусь.
И все будет хорошо.
Мне дают попить, потом сильно шлепают по щеке.
Я вытираю слезы и поджимаю губы. Реальность странная.
Помещение не очень большое, Но переполненное народом. Девушками, женщинами.
Они все бегают, ходят, разговаривают, одеваются, раздеваются, едят, пьют, кто-то пьет таблетки. Кто-то… Не таблетки.
Меня сюда привел два часа назад Виктор Евгеньевич и сдал с рук на руки красивой высокой блондинке. Норе.
Она здесь не то, чтоб за главную, Но надо мной шефство принимает.
Быстро инструктирует, что надо делать и что говорить. И чего не надо делать и говорить.
