Глава двадцать четвертая
Девять утра. Воздух слегка морозный, но свежий, и я ловлю себя на том, что иду по улице, словно плыву — медленно, с ощущением чего-то важного. Пальцы в карманах куртки немного сжаты, но не от холода — от нетерпения. Я не опаздываю, но все равно иду быстрее, чем нужно.
Я намеренно не еду на машине — хочу погулять и проветрить голову после не очень спокойного сна, потому что половину ночи крутилась и смотрела на часы, уговаривая стрелки двигаться немного быстрее. Потому что тогда — и сейчас — чувствую себя человеком, который впервые настолько смело отпускает тормоза.
Я не знаю откуда взялось это дежавю, но теперь в голове все время та поездка с Дубровским — когда он позволял моей маленькой «Медузе» рвать именно так, как она может и как ей хочется. А моя маленькая машинка довольно урчала и скользила по дорожному полотну как выпущенная из клетки птица. Когда-нибудь я тоже вот так на ней погоняю — теперь это просто вопрос времени и подходящей для новичка трассы.
Найти студию не составляет труда — она находится в комплексе огромного ЖК: черная дверь, стекло с матовой пленкой и золотая надпись «KIR Tattoo Lab». Изнутри видно только силуэты и мягкий свет ламп.
Толкаю дверь."
"Внутри — сдержанный и очень стильный интерьер. Темные стены, бетон, металл, кожа. Все как я люблю: без излишеств, но в каждой детали чувствуется вкус. На стойке — черная роза в графитовой вазе. Никаких розовых кресел или неоновых крыльев. Только брутальная честность пространства.
Оно не притворяется уютным, оно просто есть. Оно как будто шепчет: тебе не нужна обертка, если самое главное — это ты сам. И это… идеально.
Парень, стоящий за стойкой, поднимает на меня взгляд. Коротко стриженный, в черной футболке, на руках — «рукава» татуировок, густо, плотно, как мозаика. Весь в чернилах, но с абсолютно спокойным лицом. На бейджике — «Кирилл».
— Хани? — улыбается весьма приветливо для такого брутального вида.
— Да, — киваю, — доброе утро.
— Располагайся? Кофе? Чай? Есть сок.
— Кофе было бы неплохо.
Из-за стильной полупрозрачной матовой перегородки в основной зал появляется миловидная девушка с внушительными «тоннелями» в ушах. Здоровается, спрашивает про сахар, показывает, куда можно повесить пальто, объясняет где туалет, показывает зону отдыха, смеется, когда в штуку спрашиваю, есть ли у них «Мортал комбат» на игровой приставке. На огромной плазме в половину стены какой-то сериал.
