— Или что, Майя?! — Она демонстративно резко двигает тарелку на край стола, так, что десертная ложка слетает на пол. Встает, вытягивается в своей любимой позе — как будто чем ровнее спина, тем меньше шансов ей отказать. — Ну, давай, скажи. Скажи это своей семье, которая желает тебя добра.
Отец тоже отодвигает стул:
— Может, хотя бы в День рождения дочери закроешь рот? — В его голосе сквозит усталость.
Мы оба знаем, что если мама решила о чем-то заявить — она договорит, даже если на это придется потратить последнюю минуту жизни.
— Я не собираюсь закрывать рот только потому, что кому-то не нравится правда, — упирается она.
— Правда, мам? Чья правда? Твоя? Потому что у меня она другая.
— Ты просто очень хочешь быть как эти — модные богатые женщины! Одинокие в старости со всеми своими деньгами.
— Отлично, пусть так, — я намеренно усмехаюсь и пью шампанское, хотя сейчас уже почти не чувствую его вкус. — Буду в старости ездить по миру, одна, со всеми своими деньгами.
Она закатывает глаза.
— Тетя Мая, — чувствую, как пробравшаяся сюда каким-то образом Ксюша, дергает меня за рукав и заглядывает в глаза. — Я тебе водичку принесу… честное слово…
У меня сдавливает горло и душат слезы.
Хочу присесть, чтобы обнять ее, но не успеваю, потому что Лиля хватает дочь за руку и дергает на себя. Я хочу сказать, что она не делает лучше, пугая ребенка, потому что Ксеня выглядит растерянной, не понимая, что сказала и сделала не так, но молчу. Так будет только хуже.
— Спасибо за приглашение, — цедит сквозь зубы Лиля и тут же командует детям одеваться. Жестко подавляет протест Андрея. — Ты, конечно, как всегда — не могла не закрыть рот вовремя.
Я оставляю ее слова без внимания.
О том, что у моих матери и сестры проблемы с причинно-следственными связями, я знаю уже давно. Нет смысла даже пытаться убедить их в том, что причина на самом деле в них. Единственное, чего я добьюсь — еще больше испугаю и так ничего не понимающих детей."
"Пока Лиля резко натягивает на них одежду, достаю из холодильника два бенто-торта для племянников.
Иду в гостиную, но когда пытаюсь дать их — сестра одергивает детей за спину.
— Это просто сладости, Лиля, — пытаюсь вразумить ее. Ксения начинает хныкать. Андрей громко сопит и пытается что-то сказать, но в итоге сестра буквально в спину выталкивает их за порог.
— Хочешь быть идеальной хорошей тетушкой, да? — Лиля бесится так сильно, что у нее краснеет шея.
