Сука было самым приличным, что я услышала в свой адрес. Но мне было всё равно. Больше ничего не сказав, я вышла из кабинета.
– Твой хозяин обляпался, – бросила я вставшей навстречу Маре. – Помоги ему. И сделай это так, чтобы он получил максимум удовольствия.
Она непонимающе хлопнула глазами. Я махнула на кабинет и вышла из приёмной.
Сволочь! Какая же он сволочь! Как бороться с ним, я не знала, но знала – поддаваться ему нельзя. Иначе я стану куклой, которую можно одевать, во что вздумается, таскать на приёмы и трахать.
Удобной куклой для господина мэра.
Глава 7
Настя"
"Постепенно замедляющий ход поезд остановился. Проверив, всё ли на месте, я открыла купе. Никита сразу же вышел в тесный коридорчик вагона, за ним – просидевшая последние минуты не шевелясь, Арина. Эти соревнования были для неё первыми серьёзными в только начинавшейся карьере. Как ни пыталась она скрыть волнение и неуверенность, я слишком хорошо знала, как это бывает.
– Ты лучше всех, – я остановила её в дверях, положив руку на плечо.
– Но тебе это ещё предстоит доказать. Прежде всего, самой себе. – Девочка задрала голову, и я улыбнулась ей. – Я с тобой. И твоя мама тоже, – я посмотрела на завершавшую нашу процессию женщину.
По проходу потянулись пассажиры. Наше купе было в самом хвосте, так что пришлось ждать своей очереди.
– Не торопись, – придержала я сына, когда тот попытался протиснуться вперёд.
За несколько проведённых в тесном купе часов он устал, накопившаяся энергия требовала выхода. Я с тревогой подумала о завтрашнем дне.
Само собой, ни о каком походе на приём речи идти не могло. Выбор был очевиден. Жене я была нужна только для антуража. А для Арины то, буду я стоять возле борта или нет, имело, возможно, решающее значение.
В тамбуре я пропустила маму Арины вперёд. Сама взяла за руку сына.
– Я помогу, – проводница придержала наш чемодан. – Всего вам доброго.
– И вам, – ответила я и подняла взгляд.
Прямо на перроне, напротив вагона, стоял чёрный внедорожник. Возле него – трое мужчин.
Пальцы похолодели.
Одной рукой я стиснула ручку чемодана, второй – ладошку Никиты. Разговора о моей поездке в Сызрань больше не заходило. Целыми днями я пропадала на катке, вечера проводила с Никитой. С Женей мы почти не встречались. За три дня пересеклись только один раз – поздним вечером, когда я вышла за водой. Где он пропадал, я не знала, но настроение его оставляло желать лучшего. Проблемы? Сочувствия я не испытывала. Наоборот.
– Мам, это же дядя Женя! – воскликнул Никитка.
